Серия книг про Анжелику. Анн и Серж Голон.

Триумф Анжелики. Часть 15. Глава 64

Он продвигался. Он преодолевал расстояние! Он разбивал кристалл холода, пересекал дрожание лучей солнца. У него не было тела. Это не он узнавал дорогу. Сама дорога давала ему знать. Лес расступался перед ним. Он знал, где нужно прыгнуть, чтобы не провалиться в трещину. Иногда он оборачивался. «Оранда! Оранда!» Великий Разум помогал ему. Как любой мужчина, он обязан был спасти женщину и ее детей.

В ходе последнего дня разразилась буря, но он знал, что находится у цели, и не заблудился. Он уже слышал колокол.

Колокол спасения! Колокол вечерни! «Сальве Реджина». Спасение, Небесная Царица!

Пока он выходил из леса и пересекал равнину, чтобы подняться к миссии, небо освободилось от туч.

Его почерневшие губы разошлись в улыбке.

— Как я люблю тебя, знак Любви. Распятый Господь! Скандал Вселенной! Как я тебя люблю!


Внутри пахло хлебом.

— Мы пекли, — сказал ему миссионер, который встретил его.

Два иезуита смотрели на него молча. Он забеспокоился. Они находили странным, что он не представился?

Он понял, что его приняли за одинокого беднягу, заблудившегося, обезумевшего от одиночества, страха и голода. Однако, он не набросился на еду, которую ему предложили. Он предпочел сначала обогреться и передохнуть.

Когда он сел у камина, он почувствовал, что одежда прилипла к его телу в тех местах, где открылись раны. Он не придал этому значения, он слушал.

После вечерних молитв миссионеры закрыли двери. Он наслаждался звуками и запахами миссионерского поста. «Запах ладана, запах потушенных свечей! Молитвенники! Шепот молитвы!»

Люди в черных сутанах возвратились в общий зал. Они уважали молчание странного гостя, а он украдкой посматривал на них и слушал. Они говорили между собой о тех людях, которые посещали их пост. О выживших из Великой Федерации наррагенсетов. Кровавые англичане разбили их на юге. Затем они стали обсуждать новости Новой Франции. Новый губернатор решил уничтожить ирокезов, которые приняли сторону англичан. Он начал военную кампанию, которую остановила зима. Они также упомянули Вапассу. Коалиция Фронтенака и француза-еретика была уничтожена. Осенью операция господина де Ломенье-Шамбор провалилась, но гнездо пиратов было сожжено. Вапассу никогда не восстанет из пепла.

Его сердце билось. Он думал о ней.

Он молчал. Сначала он слушал, не говорят ли они о нем, узнав его… или не поняли ли они, откуда он пришел… Но их диалог был обычной вечерней беседой, обсуждением текущих дел, планов на будущее, новостей, сплетен. Они поздравили себя с отъездом — они уже считали это отставкой — господина де Фронтенака, такого неугодного делу Иисуса.

В их страсти и радости по поводу разрушения Вапассу было что-то от крестовых походов, и в этих людях он узнавал самого себя, свою собственную страсть, которую отныне он не принимал.

— Ты находишься там, далеко, — думал он, представляя себе женщину из Вапассу, ее нежность, ее взгляд полунаивный, полудерзкий. — Ты принадлежишь мне, хотя я всего лишь твой собрат по несчастью, твой враг, которого ты не простишь, несчастный, заслуживающий жалости. И что мне до того, что ты любишь другого, что он владеет твоим телом и душой, я — ничто перед ним. И, однако, ты принадлежишь мне, потому что от меня зависит твоя жизнь и жизнь твоих детей.

Он обращался к ней на «ты» и находил в этом особенное удовольствие, но он никогда бы не решился произнести это «ты» вслух.

Он готов был отдать ей и ее детям всего себя и принадлежать им до того момента, пока не вернется человек, которого она любит.

Он сидел в уголке у очага, опустив глаза. Он боялся выдать себя и старался не вступать в разговор, прикинувшись путешественником, изнуренным долгим переходом.

Один из иезуитов накрыл на стол.

— Ты разделишь с нами трапезу, друг?

Он согласился, решив снять шапку и рукавицы.

Когда он протянул руку, чтобы взять кусок хлеба, они обменялись взглядами, полными сострадания и жалости.

— И ты тоже, брат мой, пострадал от ирокезов.

Надо было достойно ответить.

Он рассказал о путешествии к андасту и как потом попал к сиу, боясь снова оказаться в руках своих мучителей на обратном пути. Известие о войне господина де Горреста против ирокезов воодушевило его на такую попытку. Но ему не удалось бежать от сиу, которые хотели его удержать.

— Не живете ли вы в Ка де ля Мадлен? Мы не получали оттуда известий в течение трех лет, — сказал священник.

Но его товарищ покачал головой: все лица обитателей Новой Франции походили друг на друга.

Чтобы отвлечь их внимание д'Оржеваль попытался расспросить их об их трудах. Сколько крещений прошло за этот год?

Они охотно стали рассказывать. В этом году мимо них проходили племена альгонкинов, которые направлялись на юг. Индейцы не так уж охотно внимали Благой вести, сказал священник, но, потеряв все усилиями англичан, они поняли, что единственным убежищем для них может стать Тень Святого Креста и знамя короля Франции.

Их становилось все больше. И все труднее было их кормить, за ними ухаживать и бороться с их колдовством, так же, как с бесстыдством их женщин. Особенно настораживало пьянство, которое служило причиной других преступлений.

— У нас очень мало алкоголя. Мы держим его только для раненых и больных. Мы не варим пива, чтобы их не искушать. Но стоит погоде улучшиться, как они отправляются в Сорель или Левис, чтобы запастись там огненной водой в обмен на меха, которые они часто воруют из ловушек соседних племен, что служит поводом для конфликтов.

Они с удовольствием рассказывали, а он охотно слушал, одобрял, воодушевлял их короткими восклицаниями, охваченный жалостью к ним и испытывая сострадание к их тяжелой жизни. Но, зная источник их мужества, он завидовал им, он любовался ими, он чувствовал себя их братом и одновременно знал, что их разделяет непреодолимая преграда.

Огонь гас в очаге, красные отсветы играли на лицах трех людей, склонившихся друг к другу в доверительной беседе.

Себастьян д'Оржеваль первым заметил, что надвигается ночь.

— Уже поздно, братья, — пробормотал он. — Не пора ли отдохнуть? Если вы позволите, я буду спать в этой комнате.

Оба священника молча встали. Один из них вспомнил, что необходимо следить за выпечкой хлеба во второй печи.

— Я прослежу, — сказал гость. — Я прошу вас, отдохните. Я буду счастлив отблагодарить вас за ваше гостеприимство.

Отец де Ламбер и его товарищ согласно кивнули. Они стояли у двери, держа в руках свечи, золотым сиянием освещающие их лица.

Они смотрели на человека с руками мученика, одетого в простую одежду следопыта, словно возникшего из снежной бури, из ее вихрей и криков, который не старался скрыть своего вида следопыта, грубоватого и сурового, долгое время жившего у индейцев.

— По утрам мы встаем на молитву, — сказал отец Ламбер. — Днем не предоставляется удобного случая. Потом я отслужу мессу. Вы из наших? Вы нам поможете?

— С радостью. И если вы не сочтете меня недостойным, то я после исповеди, если смогу, то помогу вам служить.

Они еще раз покачали утвердительно головами и удалились.

Ночь будет короткой. Нужно торопиться.

Он спать не будет. Когда он встал, то раны тут же напомнили о себе. Он вспомнил Анжелику, ее мягкие руки, ее ласковый голос и ее взгляд.

Он улыбнулся. «Поторопись!»

Он прошел в пекарню и по запаху определил время, необходимое для полной готовности хлебов.

Потом он зашел в пристройку, служившую летней кухней. Зимой там хранили зимнюю одежду и инвентарь. Он взял крепкую веревку и пару снегоходов на смену, а также сани.

Потом он вернулся и открыл склад с провизией. Он двигался бесшумно, словно индеец. Он взял муку, овес, вареных плодов, овсюга, сахару, соли, гусиного жира, фасоли и разных трав.

Затем он отправился в часовню и взял оттуда кое-что. Еще один предмет он обнаружил в маленьком сундучке в большом зале и, прежде чем уйти, забросал угли золой.

В последнюю очередь он вернулся в пекарню и вытащил из печи все хлебы, бывшие там. Потом перенес все на сани.

Какое-то время он сожалел, что до ноздрей священников не донесется благословенный запах свежего хлеба, но ему он был нужнее, теперь он грел его.

Он накинул на плечи лямки саней и отправился в путь, предварительно завернув свою добычу в рогожу и связав ее концы. Он не чувствовал ни боли, ни усталости. Он был только телом, устремленным вперед. Дойдя до забора, он повернул ключ в двери калитки и выскользнул наружу.

Немного пройдя, он обернулся. Миссия уже начала исчезать перед его глазами. Лишь маленький крест блестел на колокольне. Поодаль были вигвамы вапаногов и вонолансетов, большинство — безмолвные и со струйками дыма: по ночам дрова экономили, но без них нельзя было обойтись.

Все стихло, словно отступая перед ночью, перед зимой, перед бедой и тревогой, словно спрашивая безмолвно о будущем, которого нельзя было избежать.

Он посмотрел на юго-восток и над горами заметил черную стену — это шла буря. Его путь лежал прямо туда.

Снег занесет его следы.

Никто не сможет его догнать.


А они и не думали его преследовать.

— Куда подевались все хлебы из второй печи, — вскричал брат Адриан, когда, не увидев гостя на мессе, они прошли в соседнюю комнату и обнаружили пропажу.

Сбитый с толку, он оглядывался и не мог заметить ни малейшего следа того, кто был здесь накануне.

— Мы спали? Это было привидение?

— Привидение не может украсть три мешка муки, маис и половину из наших запасов фруктов, — заметил отец де Ламбер после беглого осмотра провизии.

— Пойдем посмотрим, не взял ли он еще чего-нибудь, — сказал брат, охваченный гневом.

— А что он еще может украсть?.. Ему была нужна только еда.

— Он взял сани.

— Чтобы все перевезти.

Священник не захотел отмечать, что пропала сутана и молитвенник.

Ночью, ближе к утренней заре, небо заволокли тучи, пошел снег, но это было лишь предвестием более суровых и страшных бурь, которые надвигались. На снегу виднелись следы снегоходов и санная колея. Они прошли по ним до ограды и стали глядеть на необитаемый юго-восток, куда тянулись эти следы. Буря надвигалась и обещала быть очень суровой. Снег занесет следы вора.

— Почему вы плачете, брат мой? — забеспокоился священник. — Да будет вам! Из-за нескольких ливров муки!

— Я плачу не из-за этого, — сказал брат. — Что мне кража!

Слезы текли по его щекам, он не мог их сдержать.

— Я плачу потому, что вспоминаю о нашей беседе накануне. Как нам было хорошо, когда мы сидели втроем, и он разделял нашу трапезу, и мы разговаривали. Какой свет! О, отец, неужели вы не заметили?

— Действительно, — ответил тот задумчиво. — Словно свечение возникло вокруг него, и оно окутывало нас.

— Я ничего больше не помню, только его глаза, такие голубые, словно небо, и наши сердца были наполнены радостью.

Назад | Наверх | Вперед

Оглавление
Анжелика Анжелика. Часть 1. Маркиза ангелов Анжелика. Часть 2. Тулузская свадьба Анжелика. Часть 3. В галереях Лувра Анжелика. Часть 4. Костер на гревской площади Путь в Версаль Путь в Версаль. Часть 1. Двор чудес Путь в Версаль. Часть 2. Таверна 'Красная маска' Путь в Версаль. Часть 3. Дамы аристократического квартала Дю Марэ Анжелика и король Анжелика и король. Часть 1. Королевский двор Анжелика и король. Часть 2. Филипп Анжелика и король. Часть 3. Король Анжелика и король. Часть 4. Борьба Неукротимая Анжелика Неукротимая Анжелика. Часть 1. Отъезд Неукротимая Анжелика. Часть 2. Кандия Неукротимая Анжелика. Часть 3. Верховный евнух Неукротимая Анжелика. Часть 4. Побег Бунтующая Анжелика Бунтующая Анжелика. Часть 1. Потаенный огонь Бунтующая Анжелика. Часть 2. Онорина Бунтующая Анжелика. Часть 3. Протестанты Ла-рошели Анжелика и её любовь Анжелика и её любовь. Часть 1. Путешествие Анжелика и её любовь. Часть 2. Мятеж Анжелика и её любовь. Часть 3. Страна радуг Анжелика в Новом Свете Анжелика в Новом Свете. Часть 1. Первые дни Анжелика в Новом Свете. Часть 2. Ирокезы Анжелика в Новом Свете. Часть 3. Вапассу Анжелика в Новом Свете. Часть 4. Угроза Анжелика в Новом Свете. Часть 5. Весна Искушение Анжелики Искушение Анжелики. Часть 1. Фактория голландца Искушение Анжелики. Часть 2. Английская деревня Искушение Анжелики. Часть 3. Пиратский корабль Искушение Анжелики. Часть 4. Лодка Джека Мэуина Искушение Анжелики. Часть 5. Золотая Борода терпит поражение Анжелика и Дьяволица Анжелика и Дьяволица. Часть 1. Голдсборо или первые ростки Анжелика и Дьяволица. Часть 2. Голдсборо или ложь Анжелика и Дьяволица. Часть 3. Порт-Руаяль или страдострастие Анжелика и Дьяволица. Часть 4. В глубине французского залива Анжелика и Дьяволица. Часть 5. Преступления в заливе святого Лаврентия Анжелика и заговор теней Анжелика и заговор теней. Часть 1. Покушение Анжелика и заговор теней. Часть 2. Вверх по течению Анжелика и заговор теней. Часть 3. Тадуссак Анжелика и заговор теней. Часть 4. Посланник короля Анжелика и заговор теней. Часть 5. Вино Анжелика и заговор теней. Часть 6. Приезды и отъезды Анжелика в Квебеке Анжелика в Квебеке. Часть 1. Прибытие Анжелика в Квебеке. Часть 2. Ночь в Квебеке Анжелика в Квебеке. Часть 3. Дом маркиза Де Виль Д'аврэя Анжелика в Квебеке. Часть 4. Монастырь Урсулинок Анжелика в Квебеке. Часть 5. Бал в день Богоявления Анжелика в Квебеке. Часть 6. Блины на сретение Анжелика в Квебеке. Часть 7. Сад губернатора Анжелика в Квебеке. Часть 8. Водопады монморанси Анжелика в Квебеке. Часть 9. Прогулка к берришонам Анжелика в Квебеке. Часть 10. Посланник со Святого Лаврентия Анжелика в Квебеке. Часть 11. Казнь ирокеза Анжелика в Квебеке. Часть 12. Письмо короля Дорога надежды Дорога надежды. Часть 1. Салемское чудо Дорога надежды. Часть 2. Черный монах в Новой Англии Дорога надежды. Часть 3. Возвращение на 'Радуге' Дорога надежды. Часть 4. Пребывание в Голдсборо Дорога надежды. Часть 5. Счастье Дорога надежды. Часть 6. Путешествие в Монреаль Дорога надежды. Часть 7. На реке Триумф Анжелики Триумф Анжелики. Часть 1. Щепетильность, сомнения и муки Шевалье Триумф Анжелики. Часть 2. Меж двух миров Триумф Анжелики. Часть 3. Чтение третьего семистишия Триумф Анжелики. Часть 4. Крепость сердца Триумф Анжелики. Часть 5. Флоримон в Париже Триумф Анжелики. Часть 6. Кантор в Версале Триумф Анжелики. Часть 7. Онорина в Монреале Триумф Анжелики. Часть 8. Дурак и золотой пояс Триумф Анжелики. Часть 9. Дьявольский ветер Триумф Анжелики. Часть 10. Одиссея Онорины Триумф Анжелики. Часть 11. Огни осени Триумф Анжелики. Часть 12. Путешествие архангела Триумф Анжелики. Часть 13. Белая пустыня Триумф Анжелики. Часть 14. Плот одиночества Триумф Анжелики. Часть 15. Дыхание Оранды Триумф Анжелики. Часть 16. Исповедь Триумф Анжелики. Часть 17. Конец зимы Триумф Анжелики. Часть 18. Прибытие Кантора и Онорины в Вапассу