Серия книг про Анжелику. Анн и Серж Голон.

Анжелика и заговор теней. Часть 4. Глава 20

Анжелика увидела, как стремительно граф де Пейрак промчался по палубе, перескакивая через ступеньки лестницы. Сюда, на полуют, к нему собрались люди: граф д'Урвилль, капитан, Ванно, Виль д'Эвре и другие. Граф направил подзорную трубу на «Сен-Жан-Баптист».

— Что там происходит? — спросила Анжелика. Виль д'Эвре бросил ей:

— Онорина на борту…

— На каком борту?

— «Сен-Жан-Баптиста».

Анжелика, в свою очередь, перелетела через мостик и оказалась в группе окружавших графа де Пейрака людей. Пейрак опустил подзорную трубу.

— Несомненно, ото она. Она на борту корабля. Взгляните! В увеличительные линзы Анжелика рассмотрела корабль по частям. Она различила беспорядочно сваленные грузы, отдаленные силуэты каких-то людей, шляпы с перьями, принадлежащие, видимо, офицерам из эскорта посланника короля. Затем среди них… Вне всякого сомнения:

— Это она! Это она! Я узнаю ее зеленый капор. Сегодня утром я надела ей этот капор, когда мы ходили на прогулку. Ошеломленная Анжелика уронила руки.

— Ее похитили, — сказал кто-то.

Было воскресенье. В это утро все экипажи кораблей де Пейрака были в церкви, на мессе. Туда же были приглашены пассажиры с «Сен-Жан-Баптиста». Нигде не было видно посланника короля. Правда, некоторые пассажиры, спасаясь от холода, завернулись наглухо в манто и до самого носа нахлобучили высокие шапки, так что их лица было трудно рассмотреть. Жители поселка, индейцы и охотники, спустившиеся с гор, образовали огромную толпу, которая хлынула в маленькую часовню, чей колокол призывно звучал в морозном воздухе.

В полдень состоялась процессия. Онорине позволили снять капор, Анжелика отпустила детей на попечение их обычных гувернеров. На берегу развлекались стар и млад. Дружное веселье охватило всех, особенно когда Жоффрей де Пейрак велел раздать населению плетенки табака, стеклянные стаканы и искусственный жемчуг, которым индейцы украшали свою праздничную одежду. Анжелика вернулась на «Голдсборо», чтобы сменить туалет и немного отдохнуть.

Туда и сюда быстро проплывали ялики, барки, каноэ, перевозя людей с кораблей и обратно.

В тот момент, когда Анжелика готовилась отправиться па берег, она заметила волнение на корабле и услышала, как Виль д'Эвре крикнул ей; «Онорина на борту!»

Онорина на борту «Сен-Жан-Баптиста»! Ее похитил разбойничий экипаж!

Граф де Пейрак снова взял подзорную трубу и начал внимательно всматриваться.

— Я узнаю Иолаиду, она только что появилась. Она солидная женщина, се можно увидеть и невооруженным глазом. А голубое, пятно рядом с ней — это Адемар. Керубино, наверное, тоже там, под нею скрывает высокий борт балюстрады.

— Мой сын попал в руки бандитов! — воскликнул Виль д'Эвре. — Мы погибли. Зачем, граф, вы вчера их ограбили, отобрав бургундские вина? Теперь они нам ответят сторицей!

Интендант Карлоп вмешался в их разговор:

— Дорогой мой, напоминаю, что вина грабили вы, а не граф. Я слышал, как вы говорили о своей добыче. Несмотря на мои рекомендации…

— Конечно! Но не следовало разрешать им сходить на берег.

— О, маркиз! Я своими ушами слышал, как вы советовали графу применить политику ослабленной узды…

— Граф де Пейрак мог бы меня и не послушать.

— Прекратите дискуссию, — сказал Пейрак, — это совершилось. Нужно принимать меры. Месье Карлон, вы как интендант Новой Франции можете оказаться мне полезным.

— Я в вашем распоряжении, — заявил королевский чиновник. Его тон выражал искреннее расположение. Было видно, что он по-настоящему тревожится о детях. Это взволновало Анжелику. В этот момент се симпатии склонились на его сторону.

— Они ни за что не позволят нам подняться на их корабль, а детей используют как заложников, — сказал Виль д'Эвре. — Несчастные наши малыши! С нас потребуют кошмарный выкуп. Я знаю этого Дюга! Он способен на все. Где же они? Боже мои, их не видно!

Анжелика отобрала у маркиза подзорную трубу. Она могла подтвердить, что группа, которую они только что видели, исчезла. Палуба была пуста.

— Они их бросили в воду! — закричал Виль д'Эвре. Он начал снимать с себя редингот (длинный сюртук особого покроя), намереваясь броситься в воду в коротких брюках и жилете. Его удержали.

— Успокойтесь, — сказал граф. — Мы сейчас спустим на воду шлюпку. На ней мы доберемся до судна быстрее, чем вплавь. Пожалуйста, маркиз, не теряйте хладнокровия.

Он быстро сложил свою подзорную трубу и, сопровождаемый всеми, устремился к шлюпке, которую уже отвязывали матросы. К счастью, одна шлюпка осталась на корабле, остальные увезли людей на праздник.

Виль д'Эвре разговаривал сам с собой, спускаясь в шлюпку по веревочной лестнице: «Я сошлю их на галеры, я велю их расстрелять. Напасть на моего сына! Они потребуют от меня все мое состояние… Тем хуже, я заплачу, но пусть они берегутся!»

Анжелика пыталась не сходить с ума. «Сен-Жан-Баптист» окружен хорошо вооруженным флотом. Они не решатся на крайние меры. Но как же все это произошло? К каким уверткам они прибегли, чтобы выкрасть двух детей, которых всегда предупреждали о недоверии к чужим людям. И при детях были опекавшие их Иоланда и Адемар! Может, они применили насилие! Но по отношению к Иоланде это невероятно, У этого голодающего экипажа не хватит сил, чтобы погрузить насильно Иоланду на судно. Тогда?.. Не все ли равно. Будет еще время поговорить об этом, если мы найдем их целыми и невредимыми.

Анжелика увидела, что Пейрак взял свою охрану. Все матросы были хорошо вооружены. Он обернулся к ней:

— Я отправляюсь первым.

— Я хочу вас сопровождать.

— Будьте терпеливы. Нельзя, чтобы мы вместе оказались во власти бандитов. Если дело обернется неудачно, вы немедленно последуете за мной. Я послал сигнал на берег, чтобы все шлюпки немедленно собрались к «Голдсборо». На одной из них приплывете и вы с д'Урвиллем и его людьми. Захватите пистолеты для себя и для маркиза. Кроме того, на берегу объявлена тревога. Все люди с «Сен-Жан-Баптиста» окружены и не смогут явиться на борт своего корабля.

Жоффрей де Пейрак говорил спокойно.

«Но он всегда спокоен, когда дела плохи», — сказала себе Анжелика, вспомнив безмятежность Жоффрея перед фортом Катарунк, где его окружили с воплями ирокезы.

Она, должно быть, была мертвенно-бледной. Граф положил ей ладонь на запястье. Это пожатие сообщило ей уверенность.

— Терпение, дорогая! Вы сразу же последуете за мной, и мы вместе сумеем показать бандитам, что их удар был плохо рассчитан. Но они не должны почувствовать, как глубоко они ранили нас.

Слабая улыбка промелькнула по ее лицу.

— Я понимаю вас. Я готова.

— Смелее! — повторил он. — Мне нужны вы и ваше хладнокровие. Ведь когда речь идет о вашей дочери, вы проявите его не меньше, чем в тот вечер, когда речь шла о жизни вашего мужа?

— Нет, — пробормотала она. — Но ., она.., она.., такая маленькая.

Она увидела, как исказилось лицо Жоффрея и поняла, как он волнуется за судьбу ребенка. Он резко повернулся и, сдвинув брови, стал спускаться в лодку. Где-то в стороне слышались команды.

— Подождите! Внимание!

Пушку повернули в сторону «Сен-Жан-Баптиста», другую направили на берег И вот снова стали ясно видны вдали цветные пятна: капоры детей, белый чепец Иоланды, Адемар. Когда шлюпка приблизилась к кораблю, все подошли к борту.

— Они принесут нам их тела, — простонал Виль д'Эвре.

— Но нет, я хорошо вижу, что они живы, — сказала Анжелика, внимательно следившая за приближением шлюпки к чужому кораблю.

Тиски, сжимавшие ее сердце, начали отпускать его.

Все это было странно. Насколько можно было рассмотреть с такой дистанции, пассажиры не чувствовали себя заключенными, они не боялись опасности.

Шлюпка, приняв пассажиров, повернула обратно. Казалось, что люди возвращаются после праздничной прогулки. Видно было, как Онорина и Керубино плещутся в воде и это их очень забавляет. А Иоланда и Адемар по привычке болтают с экипажем.

— Кнутом бы исхлестать этих медлительных гребцов, — потерял терпение Виль д'Эвре. — Они гребут, как будто отправились на прогулку по озеру. Они не отдают себе отчета, что мы здесь умираем от беспокойства.

Каждый успокоился, видя как шлюпка приблизилась к кораблю. Но в родительском сердце беспокойство сменилось яростью.

Онорина и Керубино вскарабкались на палубу, навстречу им спешили дрожащие руки. Физиономии ожидавших их людей говорили, что наступил серьезный момент. Онорину это нисколько не встревожило. Она знала, что ее авторитет больше, чем авторитет Иоланды и Адемара. Кстати, они тоже появились на палубе и, понимая, что им достанется за промах, обменялись тревожными взглядами.

— Откуда вы являетесь, мадемуазель? — обратился де Пейрак к Онорине.

Та взглянула на него снисходительно. Вопрос показался и праздным — ведь он должен знать, что она прибыла с «Сен-Жан-Баптиста», и потом, все ведь наблюдали за ними в подзорную трубу. Онорина уже заметила, что взрослые люди любят подчеркивать очевидное, с другой стороны, она знала, что никто на борту, включая и ее, не смеет прекословить хозяину флота, графу де Пейраку, Поэтому легким жестом она указала на чужой корабль.

— С корабля «Сен-Жан-Баптист», — повторил де Пейрак. Можете ли вы объяснить мне, из каких соображений допустили вы эту неосторожность, поднялись на борт этого корабля без нашего разрешения?

— Потому что я была приглашена туда на легкий завтрак.

— В самом деле? Кем?

— Одним из моих друзей, — с гордостью заявила она. Она была настолько забавной, подчеркивая свою обиду, что Пейрак не удержался от улыбки. Потом поднял девочку и крепко прижал ее к груди.

— Золотце мое, — сказал он прерывающимся голосом, — но какая неосторожность! Ведь могли же вы сообразить, прежде чем принимать приглашение, что мы имеем врагов на этом корабле и что они могли бы отомстить мне, причинив вред вам. Вы доставили вашей матери и мне смертельную тревогу.

Онорина удивленно посмотрела на него.

— Значит, это правда! — воскликнула она, — Ты боялся за меня?

— Конечно, мадемуазель. Ах; пожалуйста, больше никогда не повторяйте такого! Знайте, что если с вами случится несчастье, мое сердце будет разбито.

Никакие другие слова не могли привести Онорину в больший восторг. Она пристально посмотрела в глаза де Пейрака, чтобы увериться в его искренности, затем обняла его своими маленькими ручками, прижавшись щекой к его щеке со шрамом, и горячо зашептала:

— Извините меня, отец, извините меня!

Керубино, видя, что Онорине открыли объятия и что все налаживается наилучшим образом, бросился к Анжелике. Ей не оставалось ничего другого, как обнять этого бедного человечка и подарить ему поцелуй прощения.

— Просите прощения у вашего отца, — сказала она ему, подталкивая к маркизу, который плакал как ребенок, переживая запоздалый страх.

Никогда до этого дня он не понимал, насколько дорого ему это маленькое существо. Керубино был готов обнять весь мир, хотя он не очень-то понимал смысл происходящего, но радовался от всего сердца. Это лучше, чем вызывать на себя брань.

— Мсье Виль д'Эвре готов был отправиться за вами вплавь, без лодки, — сказала Анжелика Онорине.

— Правда?! — воскликнула юная мадемуазель, все больше и больше восхищаясь.

Она выскользнула из рук де Пейрака, чтобы обнять Виль д'Эвре, затем подходила поочередно ко всем собравшимся, убеждаясь, как велик был страх за их жизнь.

Анжелика улыбнулась Пейраку:

— Вы любите ее больше, чем меня.

— Она такая женственная, — сказал он, опустив голову. — Она чарует мое сердце.

Он взял руку Анжелики и поцеловал ее.

— В ее лице вы подарили мне восхитительное сокровище. А теперь примите вновь мое сердце.

— Да, я принимаю его, — прошептала она. Наконец она почувствовала, что кровь ее снова пришла в движение. Она овладела собой.

— Сначала я хотела бы задать вопрос этим двум фанфаронам, — направилась она к Иоланде и Адемару. — Вы что, оба потеряли голову? Вы увлекались торгом пушнины или перепились? Почему вы спокойно направились на «Сен-Жан-Баптист»? Разве вы не знали, что капитан этого корабля наш враг? Три дня тому назад он собирался утопить Жюльенну и Аристида, а сегодня вы соглашаетесь позавтракать у него.

— Да, мадам, вы правы, — зарыдала Иоланда, закрываясь своим фартуком. — Побейте меня. Я этого заслуживаю сто раз!

— Не браните мою Иоланду, — вмешалась в разговор Онорина, желая помочь своим фаворитам. — Это я так захотела.

— Это не оправдание, — запротестовала Анжелика. — Если вы, взрослые простофили, позволяете, чтобы дети обвели вас вокруг пальца, значит, от вас можно ждать еще более худшего. Где Эббиэл Нильс? — забеспокоилась Анжелика, заметив отсутствие маленького шведа, который обычно был верным спутником детей. — Разве его задержали на борту «Сен-Жан-Баптиста»?

— Нет, — пояснила Онорина, — этот дурачок не пошел с нами.

— Нет, это он — умница! Знайте, мадемуазель, я хотела бы, чтобы и вы были такой же рассудительной, как он. Я убеждена, что он даже отговаривал вас не принимать это приглашение, а вы наплевали на его советы. За свое огорчение он будет вознагражден, а вы будете наказаны.

Онорина опустила голову. Она знала, что Анжелику не так легко обезоружить, как Жоффрея де Пейрака. Она вздохнула и начала шарить в кармане своей юбки. Анжелика вновь обратилась к Иоланде и Адемару:

— Объяснитесь. Я хочу точно знать, что именно произошло и как вы попали на тот корабль?

Иоланда в знак раскаяния опустилась на колени, Адемар из солидарности последовал ее примеру. Он сбивчиво начал : рассказывать, как они засмотрелись на торговлю мехами, Иоланда готова была даже продать свои коралловые серьги, которые ее бабушка привезла из провинции Ниверне; Иоланда мечтала блистать в них в Квебеке. Адемар тоже торговался и предлагал коробку пороха. Пока они торговались, Онорина исчезла. Они бросились на поиски и застали ее за серьезной беседой с дворянином из числа путешественников, сошедших на берег с «Сен-Жан-Баптиста».

— Мы не можем здесь всем доверять, упрекнула ее Анжелика. — Тадуссак сегодня полон всяких проходимцев.

— Мой друг не из их числа! — заявила Онорина. — Ты слишком мала, чтобы решать это.

— Правда, этот дворянин имеет вид честного человека, — подтвердила Иоланда.

— Конечно, иначе бы вы не были сейчас здесь. Но кто же это был? Пассажир, ищущий развлечений ?,. Однако, почему же наши дети? Что ты хочешь, Онорина? Что это?

Онорина перестала, наконец, рыться в кармане. Выпрямившись, глядя вдаль с отрешенным видом, она протянула матери большой конверт с красной печатью.

— Что это? — повторила Анжелика.

— Это тебе, — ответила Онорина с безразличным видом. Анжелика схватила конверт из белой бумаги. В центре и на углах были восковые печати с гербом, на конверте девиз на латинском языке. Конверт перевязан красной ленточкой. Это было довольно внушительно.

Анжелика повертела конверт в руках, но не увидела на нем никакого имени. Она с подозрением посмотрела на Онорину.

— Где ты это взяла? Кто тебе дал?

— Мой друг, благородный мессир.

— Он дал тебе этот конверт?

— Да.

— Для кого? Для меня?

— Да, мама, — повторила Онорина со вздохом и добавила, помолчав:

— Он видел вас сегодня во время процессии.

Анжелика решилась развязать ленту и вскрыть конверт. Воск был мягким, значит, печати были наложены недавно, Она развернула лист, исписанный крупным торопливым почерком, кое-где виднелись кляксы. Видно было, что у того, кто писал, не было времени хорошо промокнуть написанное. Она начала читать вслух; «О, красивейшая из всех женщин!..» Она остановилась.

— Обещающее начало, — сказал маркиз, приближаясь вплотную.

— И довольно-таки вольное, — заметил Карлон. — Попахивает неуважением.

— Кончайте ваши невежливые нотации, — заметил Виль д'Эвре, заглядывая через плечо Анжелики на письмо и пытаясь его прочитать. У Виль д'Эвре было хорошее зрение, и он начал связывать по слогам слова:

«Воспоминание о вас… О ваших восхитительных губах, об их волнующих поцелуях, о вашем теле богини, о ваших несравненных прелестях не перестают волновать меня, несмотря на цепь прошедших лет. Сверкающие во тьме ваши изумрудные глаза незабываемы…»

Виль д'Эвре облизнулся.

— Несомненно, дорогая, это письмо адресовано вам. Все остальные, сдерживая усмешку, обменялись понимающими взглядами. Красота мадам де Пейрак была создана для того, чтобы вызывать конфликты, драмы, разжигать страсти.

Рассерженная Анжелика подняла глаза к Жоффрею де Пейраку:

— Я здесь ничего не понимаю. Это послание адресовано кому-то другому. Здесь ошибка.

— Изумрудные глаза… — подчеркнул Виль д'Эвре. — Вы считаете, что это часто встречающийся цвет? Она пожала плечами.

— Так вы говорите, он видел меня во время процессии… Это, без сомнения, какой-то сумасшедший…

— Я думаю, скорее, это один из ваших поклонников, — прервал ее Пейрак, хладнокровно воспринимая случившееся. — Он увидел вас во время мессы и узнал. Теперь нужно ожидать подобных сюрпризов в Новой Франции.

Он отвел Анжелику в сторону и стал внимательно рассматривать печати.

— Мы будем иметь дело с таинственным посланником короля, что меня совсем не удивляет. Браво! Вы заставите его выбраться из норы.

Глаза Анжелики забегали по строчкам, но остальные буквы были затушеваны печатью. Из всего имени она смогла только различить растерзанную букву «N». После тщетных , усилий она возразила:

— Я абсолютно не понимаю, о ком идет речь.

— В самом деле? У вас нет никакой идеи?

— Никакой! Я повторяю, что этот дворянин путает меня с кем-то.

— Нет! Виль д'Эвре прав. Изумрудные глаза — это улика. Я знаю, что при Дворе они были известны и не имели соперников.

Анжелика напрягла память. Она увидела водоворот лиц: зеркальная галерея, щеголеватые заискивающие сеньоры, их улыбки, прикосновение рук, старающихся остановить веер, нежные взоры…

— А эти незабываемые поцелуи? — настаивал Пейрак. Огонек иронии светился в его взгляде, но, казалось, граф набавляется.

— Нет, я не знаю.

— Значит, был большой выбор? спросил он, смеясь. — И есть еще другие фавориты, которые могут говорить о вашем еле богини?

Она с раздражением вновь принялась за чтение. Кем бы и был этот давний поклонник, письмо он нацарапал, как курица лапой. Казалось, волнение мешало ему управлять пером.

«Меня охватила безграничная радость, когда я увидел вас близко. Я надеюсь, что вы не будете ко мне так жестоки, как в прошлом, и соизволите вспомнить обо мне. Если вы сможете улизнуть от вашего хозяина, знайте, что я буду ждать вас сегодня вечером за складом, который находится в отдалении, на тропинке, ведущей к поселку индейцев. Не огорчайте меня. Целую ваши руки».

— Вот дошли и до рандеву, — заметил граф. — Конечно, вы пойдете!

— Heт! А если это западня!

— Мы расстроим планы врага. Во-первых, вы будете хорошо вооружены. Во-вторых, мы будем поблизости под покровом ночи и по малейшему сигналу придем на помощь.

Он подал знак Иоланде и Адемару, и те робко приблизились к нему.

— Вы не слышали имени этого дворянина? Какова его внешность?

— Ей богу, это красивый мужчина, — сказала Иоланда. — Солидный сеньор. Но он не назвал нам своего имени, а мы не спросили. Он любезно пригласил нас сопровождать его, и мы согласились.

Анжелика попыталась узнать его имя от Онорины.

— Не назвал ли своего имени этот дворянин, когда передавал тебе письмо для меня?

Но Онорина казалась рассерженной. Она притворилась, что ничего не слышит. Она нашла в углу свою шкатулку с драгоценностями, уселась на пол и стала перебирать свои любимые безделушки с таким видом, будто ничто другое ее не касается. Время от времени она подносила к глазам Анжелики какую-нибудь вещичку с наивной улыбкой: «Посмотри, мама, как это красиво!»

— Она насмехается надо мной! — сказала Анжелика. — Потому что я ее побранила, вместо того, чтобы поздравить ее с удачной шалостью.

Она оставила ребенка в покое.

— Неважно! Ведь вы можете узнать имя этого человека, встретившись с ним. Чем больше я об этом думаю, тем больше убеждаюсь в том, что дворянин, сделавший вам такие пылкие заявления, и есть таинственный представитель короля. Важно то, кого вы узнаете в нем.

Анжелика вновь посмотрела на письмо, которое она комкала в руках.

«Ваши поцелуи..»

Какие поцелуи? Какие губы прикасались к ее губам?

Она помнила только губы короля в прохладной тени парка. Еще Филиппа, ее второго мужа. Но Филипп умер. Тогда кто же другой? Могла ли она целовать человека, не зная его? Она оглядела окружающую ее чужую местность. Ее задумчивый взгляд скользнул по берегу, где из груб поднимался дымок. Бесконечное чужое небо простерлось над лесами. Молчаливые горы. Было странно сознавать, что весь этот необычайный мир доносит ей эхо ее безумной и чудесной жизни в Версале.

— Посмотри, мама, как красиво! — воскликнула Онорина, показывая ей золотую погремушку.

Наверх | Вперед

Оглавление
Анжелика Анжелика. Часть 1. Маркиза ангелов Анжелика. Часть 2. Тулузская свадьба Анжелика. Часть 3. В галереях Лувра Анжелика. Часть 4. Костер на гревской площади Путь в Версаль Путь в Версаль. Часть 1. Двор чудес Путь в Версаль. Часть 2. Таверна 'Красная маска' Путь в Версаль. Часть 3. Дамы аристократического квартала Дю Марэ Анжелика и король Анжелика и король. Часть 1. Королевский двор Анжелика и король. Часть 2. Филипп Анжелика и король. Часть 3. Король Анжелика и король. Часть 4. Борьба Неукротимая Анжелика Неукротимая Анжелика. Часть 1. Отъезд Неукротимая Анжелика. Часть 2. Кандия Неукротимая Анжелика. Часть 3. Верховный евнух Неукротимая Анжелика. Часть 4. Побег Бунтующая Анжелика Бунтующая Анжелика. Часть 1. Потаенный огонь Бунтующая Анжелика. Часть 2. Онорина Бунтующая Анжелика. Часть 3. Протестанты Ла-рошели Анжелика и её любовь Анжелика и её любовь. Часть 1. Путешествие Анжелика и её любовь. Часть 2. Мятеж Анжелика и её любовь. Часть 3. Страна радуг Анжелика в Новом Свете Анжелика в Новом Свете. Часть 1. Первые дни Анжелика в Новом Свете. Часть 2. Ирокезы Анжелика в Новом Свете. Часть 3. Вапассу Анжелика в Новом Свете. Часть 4. Угроза Анжелика в Новом Свете. Часть 5. Весна Искушение Анжелики Искушение Анжелики. Часть 1. Фактория голландца Искушение Анжелики. Часть 2. Английская деревня Искушение Анжелики. Часть 3. Пиратский корабль Искушение Анжелики. Часть 4. Лодка Джека Мэуина Искушение Анжелики. Часть 5. Золотая Борода терпит поражение Анжелика и Дьяволица Анжелика и Дьяволица. Часть 1. Голдсборо или первые ростки Анжелика и Дьяволица. Часть 2. Голдсборо или ложь Анжелика и Дьяволица. Часть 3. Порт-Руаяль или страдострастие Анжелика и Дьяволица. Часть 4. В глубине французского залива Анжелика и Дьяволица. Часть 5. Преступления в заливе святого Лаврентия Анжелика и заговор теней Анжелика и заговор теней. Часть 1. Покушение Анжелика и заговор теней. Часть 2. Вверх по течению Анжелика и заговор теней. Часть 3. Тадуссак Анжелика и заговор теней. Часть 4. Посланник короля Анжелика и заговор теней. Часть 5. Вино Анжелика и заговор теней. Часть 6. Приезды и отъезды Анжелика в Квебеке Анжелика в Квебеке. Часть 1. Прибытие Анжелика в Квебеке. Часть 2. Ночь в Квебеке Анжелика в Квебеке. Часть 3. Дом маркиза Де Виль Д'аврэя Анжелика в Квебеке. Часть 4. Монастырь Урсулинок Анжелика в Квебеке. Часть 5. Бал в день Богоявления Анжелика в Квебеке. Часть 6. Блины на сретение Анжелика в Квебеке. Часть 7. Сад губернатора Анжелика в Квебеке. Часть 8. Водопады монморанси Анжелика в Квебеке. Часть 9. Прогулка к берришонам Анжелика в Квебеке. Часть 10. Посланник со Святого Лаврентия Анжелика в Квебеке. Часть 11. Казнь ирокеза Анжелика в Квебеке. Часть 12. Письмо короля Дорога надежды Дорога надежды. Часть 1. Салемское чудо Дорога надежды. Часть 2. Черный монах в Новой Англии Дорога надежды. Часть 3. Возвращение на 'Радуге' Дорога надежды. Часть 4. Пребывание в Голдсборо Дорога надежды. Часть 5. Счастье Дорога надежды. Часть 6. Путешествие в Монреаль Дорога надежды. Часть 7. На реке Триумф Анжелики Триумф Анжелики. Часть 1. Щепетильность, сомнения и муки Шевалье Триумф Анжелики. Часть 2. Меж двух миров Триумф Анжелики. Часть 3. Чтение третьего семистишия Триумф Анжелики. Часть 4. Крепость сердца Триумф Анжелики. Часть 5. Флоримон в Париже Триумф Анжелики. Часть 6. Кантор в Версале Триумф Анжелики. Часть 7. Онорина в Монреале Триумф Анжелики. Часть 8. Дурак и золотой пояс Триумф Анжелики. Часть 9. Дьявольский ветер Триумф Анжелики. Часть 10. Одиссея Онорины Триумф Анжелики. Часть 11. Огни осени Триумф Анжелики. Часть 12. Путешествие архангела Триумф Анжелики. Часть 13. Белая пустыня Триумф Анжелики. Часть 14. Плот одиночества Триумф Анжелики. Часть 15. Дыхание Оранды Триумф Анжелики. Часть 16. Исповедь Триумф Анжелики. Часть 17. Конец зимы Триумф Анжелики. Часть 18. Прибытие Кантора и Онорины в Вапассу