Серия книг про Анжелику. Анн и Серж Голон.

Анжелика и ее любовь. Часть 1. Глава 22

Серым утром, когда к потолку потянулся дым от погашенных свечей, он вдруг вошел в твиндек, как всегда в маске, мрачный и неприступный человек из железа.

Его внезапное появление встревожило пассажиров. Они едва очнулись от тяжелого сна и чувствовали себя измотанными от беспрестанной качки. Им было холодно. Замерзшие дети кашляли и клацали зубами.

Рескатор явился не один — его окружали вооруженные мушкетами матросы. Обведя эмигрантов взглядом, который казался еще более пронзительным из-за того, что глаза смотрели из прорезей маски, он сказал:

— Прошу всех мужчин собраться и выйти на палубу.

— Что вам от нас надо? — спросил Маниго, застегивая помятый камзол.

— Сейчас узнаете. Соблаговолите собраться вон там.

Рескатор двинулся между рядами пушек, внимательно вглядываясь в расположившихся возле них женщин. Дойдя до Сары Маниго, он вдруг оставил обычное свое высокомерие и отвесил ей учтивый поклон.

— Вы, сударыня, также весьма меня обяжете, если соблаговолите пройти с нами. И вы тоже, сударыня, — добавил он, повернувшись к госпоже Мерсело.

Этот выбор и сопровождавшие его церемонии смутили даже самых смелых.

— Хорошо, я пойду, — решилась госпожа Маниго, запахивая на груди черную шаль. — Но мне хотелось бы знать, что за сюрприз вы нам приготовили.

— Должен подтвердить вашу догадку, сударыня: ничего приятного, и более всех этим удручен я сам. Тем не менее, ваше присутствие необходимо.

Еще он остановился около тетушки Анны и около Абигель, жестом приглашая их присоединиться к группе пассажиров-мужчин, которые ждали в окружении вооруженных матросов.

Потом он подошел к онемевшей от страха Анжелике. На этот раз его поклон был еще ниже, а улыбка еще ироничнее.

— И вас, сударыня, я тоже покорнейше прошу последовать за мной.

— Что случилось?

— Пойдемте со мной, и ваше любопытство будет удовлетворено.

Анжелика повернулась к Онорине, чтобы взять ее на руки, но он встал между ними.

— Нет, на палубе не должно быть детей. Поверьте мне, это зрелище не для них.

Онорина заревела во весь голос. И тут случилось неожиданное. Рескатор сунул руку в кошель, висевший у него на поясе, достал оттуда сверкающий синий сапфир, крупный, как лесной орех, и протянул его девочке. Покоренная Онорина вмиг умолкла. Она схватила сапфир, и уже не замечала ничего вокруг.

— А вы, сударыня, — снова обратился он к Анжелике, — идите наверх и не думайте, что настал ваш последний час. Вы вернетесь к своей дочери очень скоро.

На палубе, на баке, собрался весь экипаж. Каждый был одет на свой вкус и среди многоцветья одежд четко выделялись яркие кушаки и головные платки южан и шерстяные шапки северян-англосаксов, на многих из которых были также меховые безрукавки. Рядом с веснушчатыми, белобрысыми англичанами еще более темнокожими казались два негра и араб. Однако боцман и старшины всех команд марсовых были на сей раз одеты одинаково, в обшитые золотым галуном красные камзолы, и эта форма подчеркивала, что они тут начальники — унтер-офицеры.

Меднокожий индеец, стоящий рядом с волосатым, бородатым Никола Перро, довершал эту пеструю картину человеческих рас, которой никто бы не отказал в живописности.

Анжелика никогда бы не подумала, что экипаж «Голдсборо» так многочислен. Чаще всего матросы были рассыпаны по реям и вантам, и она привыкла видеть на фоне неба только их силуэты, с обезьяньей ловкостью снующие в высоком лесу мачт, рей и парусов. Там, в своих владениях, они хохотали, перекликались друг с другом, пели, но все эти звуки проносились над головами пассажиров, не привлекая их внимания.

Спустившись с высот, матросы явно чувствовали себя не в своей тарелке на палубе, хотя она тоже качалась. Они утратили поражающую воображение акробатическую ловкость «тех, что на парусах» и сделались вдруг скованными и неуклюжими. Теперь стало заметно, что в их лицах есть нечто общее — выражение у всех было скорее строгое, чем веселое, глазам — и темным, и светлым — был присущ особый блеск, отличающий тех, кто привык настороженно вглядываться в горизонт в ожидании опасности, а надбровные дуги несколько выступали вперед, словно защищая глаза от яркого солнца.

Анжелика чувствовала, что ее спутницы так же неприятно поражены видом экипажа, как и она сама. Одно дело видеть весельчаков-матросов, прогуливающихся по пристаням Ла-Рошели, и совсем другое — увидать их посреди пустынных просторов океана, где они оторваны от всех земных радостей и потому становится очевидным то, чего не замечаешь на суше, — что эти мужчины намного суровее и жестче тех, кто каждый день встречается на улицах с женщинами и детьми, а вечерами греется у домашнего очага. Оказавшись с моряками лицом к лицу, гугенотки ощущали одновременно жалость и страх. Перед ними были люди иной, чем они, породы. Эти матросы почитали за ценность только свое морское ремесло, и все живущие на суше были для них совершенными чужаками.

Ветер развевал широкий плащ Рескатора. Он стоял немного впереди своих матросов, и Анжелика подумала, что он хозяин всех этих странных и чужих людей, что он сумел подчинить себе этих строптивых упрямцев и понять их сумрачные души, обитающие в топорно скроенных телах.

Какой же властью нужно обладать: над жизнью, над стихиями, над самим собой, чтобы внушить уважение этим сорвиголовам, этим заблудшим сердцам, этим дикарям, враждующим со всем светом?

Все молчали. Слышалась только могучая симфония ветра, играющего на струнах снастей. Матросы стояли, потупив глаза, словно окаменевшие от некоего общего тягостного чувства, причина которого была ведома им одним. В конце концов эта подавленность передалась и протестантам, сгрудившимся на другом краю палубы, около фальшборта.

Именно к ним повернулся Рескатор, когда наконец заговорил.

— Господин Мерсело, вчера вечером вы требовали наказать того, кто оскорбил вашу дочь. Вы будете удовлетворены. Правосудие свершилось.

Он показал рукой вверх, и все подняли головы. По толпе гугенотов пронесся ропот ужаса.

В тридцати футах над ними, на рее фок-мачты тихо покачивалось тело повешенного. Это был мавр.

Абигель закрыла лицо руками. По знаку Рескатора матросы отпустили ручку ворота, веревка, на которой висел казненный, быстро размоталась, и он, упав на середину палубы, остался лежать там, неподвижный, бездыханный.

Из-под распухших, слегка приоткрытых губ мавра Абдуллы блестели белые зубы. Таким же мертвым перламутровым блеском отсвечивали и белки его полузакрытых глаз. Расслабленное тело лежало в позе столь естественной, что казалось, будто он спит, однако его кожа уже приняла сероватый оттенок смерти. От вида этой нагой безжизненной плоти всех зрителей, стоящих на холодном утреннем ветру, пробирала дрожь.

Анжелика вновь увидела мысленным взором, как голый Абдулла простирается ниц у ног хозяина, сокрушенный сознанием своей вины, снова услышала его хриплый голос, бормочущий по-арабски: «Я поднял на тебя руку, и твоя рука покарает меня. Хвала Аллаху!»

Два негра выступили вперед, торопливо и печально бормоча какую-то молитву. Они подняли своего собрата, сняли с его шеи позорную петлю и понесли труп в сторону бушприта. Шеренга матросов расступилась, пропуская их, и снова сомкнулась.

Рескатор продолжал смотреть на протестантов.

— А теперь я скажу вам одну вещь, которую вам надлежит запомнить раз и навсегда. Я приказал повесить этого человека не потому, что он посягнул на честь вашей дочери, господин Мерсело, а потому, что он ослушался меня. Когда вы, ваши жены и дети поднялись на борт моего корабля, я отдал экипажу строжайший приказ. Моим людям запрещалось приближаться к вашим женам и дочерям или оказывать им неуважение.., под страхом смерти. Пренебрегая этим запретом, Абдулла знал, чем рискует. И теперь он поплатился за неповиновение.

Рескатор подошел к гугенотам ближе, стал напротив Маниго и одного за другим оглядел Берна, Мерсело и пастора Бокера, которых остальные, по всей видимости, почитали за руководителей общины. Раздуваемые ветром полы его плаща разошлись в стороны, и ларошельцы увидели, как его руки в перчатках сжали рукоятки двух заткнутых за пояс пистолетов.

— Напоследок я хочу добавить еще кое-что, — продолжал он тем же угрожающим тоном, — и крепко запомните это на будущее. Господа, все вы из Ла-Рошели, и вам известны законы моря. Вы знаете, что на «Голдсборо» я единственный хозяин после Бога. Все, кто находится на корабле: офицеры, матросы, пассажиры — обязаны мне повиноваться. Я повесил этого мавра, моего верного слугу, потому что он нарушил мой приказ… И если когда-нибудь мой приказ нарушите вы, знайте: я вздерну и вас…

Назад | Наверх | Вперед

Оглавление
Анжелика Анжелика. Часть 1. Маркиза ангелов Анжелика. Часть 2. Тулузская свадьба Анжелика. Часть 3. В галереях Лувра Анжелика. Часть 4. Костер на гревской площади Путь в Версаль Путь в Версаль. Часть 1. Двор чудес Путь в Версаль. Часть 2. Таверна 'Красная маска' Путь в Версаль. Часть 3. Дамы аристократического квартала Дю Марэ Анжелика и король Анжелика и король. Часть 1. Королевский двор Анжелика и король. Часть 2. Филипп Анжелика и король. Часть 3. Король Анжелика и король. Часть 4. Борьба Неукротимая Анжелика Неукротимая Анжелика. Часть 1. Отъезд Неукротимая Анжелика. Часть 2. Кандия Неукротимая Анжелика. Часть 3. Верховный евнух Неукротимая Анжелика. Часть 4. Побег Бунтующая Анжелика Бунтующая Анжелика. Часть 1. Потаенный огонь Бунтующая Анжелика. Часть 2. Онорина Бунтующая Анжелика. Часть 3. Протестанты Ла-рошели Анжелика и её любовь Анжелика и её любовь. Часть 1. Путешествие Анжелика и её любовь. Часть 2. Мятеж Анжелика и её любовь. Часть 3. Страна радуг Анжелика в Новом Свете Анжелика в Новом Свете. Часть 1. Первые дни Анжелика в Новом Свете. Часть 2. Ирокезы Анжелика в Новом Свете. Часть 3. Вапассу Анжелика в Новом Свете. Часть 4. Угроза Анжелика в Новом Свете. Часть 5. Весна Искушение Анжелики Искушение Анжелики. Часть 1. Фактория голландца Искушение Анжелики. Часть 2. Английская деревня Искушение Анжелики. Часть 3. Пиратский корабль Искушение Анжелики. Часть 4. Лодка Джека Мэуина Искушение Анжелики. Часть 5. Золотая Борода терпит поражение Анжелика и Дьяволица Анжелика и Дьяволица. Часть 1. Голдсборо или первые ростки Анжелика и Дьяволица. Часть 2. Голдсборо или ложь Анжелика и Дьяволица. Часть 3. Порт-Руаяль или страдострастие Анжелика и Дьяволица. Часть 4. В глубине французского залива Анжелика и Дьяволица. Часть 5. Преступления в заливе святого Лаврентия Анжелика и заговор теней Анжелика и заговор теней. Часть 1. Покушение Анжелика и заговор теней. Часть 2. Вверх по течению Анжелика и заговор теней. Часть 3. Тадуссак Анжелика и заговор теней. Часть 4. Посланник короля Анжелика и заговор теней. Часть 5. Вино Анжелика и заговор теней. Часть 6. Приезды и отъезды Анжелика в Квебеке Анжелика в Квебеке. Часть 1. Прибытие Анжелика в Квебеке. Часть 2. Ночь в Квебеке Анжелика в Квебеке. Часть 3. Дом маркиза Де Виль Д'аврэя Анжелика в Квебеке. Часть 4. Монастырь Урсулинок Анжелика в Квебеке. Часть 5. Бал в день Богоявления Анжелика в Квебеке. Часть 6. Блины на сретение Анжелика в Квебеке. Часть 7. Сад губернатора Анжелика в Квебеке. Часть 8. Водопады монморанси Анжелика в Квебеке. Часть 9. Прогулка к берришонам Анжелика в Квебеке. Часть 10. Посланник со Святого Лаврентия Анжелика в Квебеке. Часть 11. Казнь ирокеза Анжелика в Квебеке. Часть 12. Письмо короля Дорога надежды Дорога надежды. Часть 1. Салемское чудо Дорога надежды. Часть 2. Черный монах в Новой Англии Дорога надежды. Часть 3. Возвращение на 'Радуге' Дорога надежды. Часть 4. Пребывание в Голдсборо Дорога надежды. Часть 5. Счастье Дорога надежды. Часть 6. Путешествие в Монреаль Дорога надежды. Часть 7. На реке Триумф Анжелики Триумф Анжелики. Часть 1. Щепетильность, сомнения и муки Шевалье Триумф Анжелики. Часть 2. Меж двух миров Триумф Анжелики. Часть 3. Чтение третьего семистишия Триумф Анжелики. Часть 4. Крепость сердца Триумф Анжелики. Часть 5. Флоримон в Париже Триумф Анжелики. Часть 6. Кантор в Версале Триумф Анжелики. Часть 7. Онорина в Монреале Триумф Анжелики. Часть 8. Дурак и золотой пояс Триумф Анжелики. Часть 9. Дьявольский ветер Триумф Анжелики. Часть 10. Одиссея Онорины Триумф Анжелики. Часть 11. Огни осени Триумф Анжелики. Часть 12. Путешествие архангела Триумф Анжелики. Часть 13. Белая пустыня Триумф Анжелики. Часть 14. Плот одиночества Триумф Анжелики. Часть 15. Дыхание Оранды Триумф Анжелики. Часть 16. Исповедь Триумф Анжелики. Часть 17. Конец зимы Триумф Анжелики. Часть 18. Прибытие Кантора и Онорины в Вапассу