Серия книг про Анжелику. Анн и Серж Голон.

Анжелика и Дьяволица. Часть 2. Глава 9

Наступивший день был жарким и безветренным. Море было неподвижно, над лесом и над берегом поднималась белесая дымка. Солнце просвечивало через нее как сквозь прозрачный фарфор.

Рано утром, пока Амбруазина де Модрибур еще спала, Анжелика отнесла Абигель обещанный настой. Она заставила подругу выпить чашку и поставила кувшинчик на очаг, возле углей. В течение дня нужно было выпить две-три чашки, и Анжелика пообещала вернуться после обеда. Малышка Элизабет была очаровательна и, кажется, уже умела улыбаться. Во всяком случае Северина была в этом убеждена.

Анжелика отправилась к герцогине. Амбруазина стояла у порога своего дома и глядела на море.

— Не хотите ли прогуляться со мной? Я хочу поискать аметисты и агаты для моей маленькой дочки Онорины. Говорят, на здешних пляжах можно найти очень красивые камни.

Она держала в руках корзину — в ней были кукурузные лепешки и бутылка приготовленного ею напитка.

Они нашли несколько камней и много раковин. Анжелика говорила об Онорине — ей обязательно придутся по вкусу эти находки. Вскоре женщины почувствовали сильную жажду и присели отдохнуть.

— Я делаю этот напиток из красного сумаха, — пояснила Анжелика. — Белый сумах ядовит. Он убивает даже дуб и тис, которые растут в здешних местах. Зато, если смешать ягоды красного сумаха с забродившим кленовым сахаром, получается восхитительный напиток.

Анжелика поставила бутыль в расщелину скалы, и они стали терпеливо ждать, когда питье станет холодным, чтобы как следует им насладиться.

Амбруазина по-детски удовлетворенно вздохнула, растянулась на песке и положила голову на колени Анжелике.

— А если это был белый сумах? Тогда мы умрем?

— Нет, не бойтесь.

— Яд… — мечтательно произнесла герцогиня, словно погрузившись в раздумье. — Яд.., это слово долгие годы не покидало мои мысли. Отравить.., его, это чудовище.., вы понимаете, отравить его!.. Я так хотела, чтобы у меня достало сил совершить это. Я ни о чем ином думать не могла, моим единственным утешением было представлять, как он умрет от моей руки… Но мне так и не удалось осуществить свои планы. Я боялась ада… И вот он умер.., от старости, излишеств… А я принимаю свое наказание за эти греховные мысли, нигде не находя покоя, даже в молитве, даже в покаянии…

— Почему вы больше не вышли замуж? Не сомневаюсь, у вас не было недостатка в самых лестных предложениях. Амбруазина резко выпрямилась.

— Мне выйти замуж?! Как вы можете задавать такие вопросы?! Ах, как жестоки счастливые женщины в своем неведении. Выйти замуж?! Чтобы снова стать добычей мужчины? Нет, я никогда не смогу… Я заболеваю от одной мысли о том, что до меня будет дотрагиваться какой-то мужчина!

Амбруазина склонила голову, и водопад волос наполовину скрыл ее тонкий профиль танагрской статуэтки. Ее щеки окрасились румянцем волнения, на обнаженную руку лег золотистый отблеск солнца. Амбруазина медленно, меланхолично провела пальцем по своей руке.

— И ведь я красива.., разве не так? Кто же излечит меня от ужасной болезни: боязни любви…

Не было светской маски, пропали манеры, что так тщательно вырабатывались для жизни при дворе и в ученом кругу.

Непросто излечить такую болезнь. И как помочь этой бесцельно мятущейся натуре, как вернуть ее покалеченную женственность? В этом мог бы помочь священник, но перед священником Амбруазина по давно приобретенной привычке играла свою обычную роль и не показывала истинного лица.

Анжелике казалось, что только ей Амбруазина раскрыла свои глубокие душевные раны.

Она что-то долго говорила герцогине, стараясь вселить в нее вкус и доверие к жизни, пробудить ее интерес к высоким целям, и в конце концов напомнила о милосердии Божием, о его любви ко всем земным созданиям. Амбруазина молчала и, казалось, не слушала, но вскоре у Анжелики появилось ощущение, что ей удалось немного ее утешить.

— Вы так добры, — прошептала герцогиня, — по-детски порывисто обнимая Анжелику. — Никогда еще я не встречала к себе такого сострадания, как у вас.

Она закрыла глаза и словно забылась целительным, спокойным сном. Анжелика не стала ее тревожить. Ей стало грустно от услышанных признаний. Она смотрела вдаль, мечтая увидеть парус корабля, на котором вернулся бы Жоффрей. Она думала о нем со страстью: «Ты моя любовь. Ты не разочаровал меня. Ты не причинил мне зла. Ты открыл мне дверь в прекрасный мир».

Анжелика погрузилась в воспоминания о далеком времени, проведенном в Тулузе. Ей было всего семнадцать, и тридцать лет тулузского вельможи казались ей порогом старости, ее страшил опыт, который читался на его ироничном лице, покрытом шрамами. Этот человек уже познал пыл страсти, и, кто знает, не стал ли он распутником, видящим в женщине лишь объект наслаждений… Но он сразу полюбил ее высокой, редкой любовью. И она, отданная невинной на его ложе, не обманула его ожидания любви. Как отблагодарить небо за такой дар?

— О чем вы думаете? — внезапно спросила Амбруазина срывающимся голосом, — Вернее, о ком вы думаете?

Конечно, о НЕМ, о НЕМ.., о мужчине, которого вы любите… Вы счастливы, а у меня нет ничего, ничего…

В исступлении она встряхнула волосами, но внезапно успокоилась и извинилась за свою несдержанность.

Жара начала спадать, и женщины направились домой. Ветра по-прежнему не было, воздух был тяжелым, густым и, казалось, прилипал к коже. Анжелике передали, что ее спрашивал отец де Верной и что он ждет ее возле форта. Герцогиня де Модрибур издали поприветствовала священника и пошла к дому тетушки Анны.

Иезуит, похоже, был поражен и несколько растерян.

— Я считал, что госпожа де Модрибур покинула Голдсборо…

Анжелика стала объяснять, но вышло довольно невразумительно.

— А где королевские невесты?

— В Порт-Руаяле.

— Они тоже сюда вернутся? Я слышал, они собирались выходить замуж за жителей Голдсборо.

— А разве не вы настойчиво противились этим бракам? — удивилась Анжелика.

— Я? — иезуит нахмурился и принял надменный вид. — Чего ради стал бы я вмешиваться в такое дело?

— Но я думала… Госпожа де Модрибур мне сказала… Впрочем, может быть, я неверно поняла ее слова?

— Может быть.

Иезуит бросил на Анжелику пронзительный взгляд, словно собирался что-то сказать, но промолчал.

— Вы хотели со мной поговорить? — спросила Анжелика. Он покачал головой, будто отгоняя назойливые мысли, которые мучили его.

— Да.., я хотел попрощаться. Завтра на рассвете я покидаю ваши края.

— Вы уезжаете?

Она удивилась и опечалилась. И снова страх, беспричинный страх поднял свою змеиную голову.

— Вы увидите отца д'Оржеваля?

— Не раньше, чем через несколько недель. Но я сегодня же должен отправить ему письмо.

— Оно в нашу пользу?

Священник улыбнулся немного насмешливо.

— Так вот что вас интересует?!

Затем он стал серьезным, даже чуть мрачным.

— Не слишком рассчитывайте на мое заступничество, — откровенно сказал он. — Я ненавижу еретиков, которым вы покровительствуете, это отродье гордецов, осмелившихся исказить слова Иисуса Христа, дабы отвратить людей от спасения души и толкнуть их на путь греха.

— А к нам, Мэуин, к нам вы не питаете ненависти? Анжелика смотрела на него горящими глазами, которые молили о снисхождении.

«Ко мне.., вы не питаете ненависти?» — вопрошал ее взгляд.

Священник снова улыбнулся и покачал головой.

— Поймите, не могу же я в самом деле поддерживать тех, кто покровительствует пособникам Сатаны.

— Но вы можете сказать отцу д'Оржевалю, чтобы он оставил нас в покое.

— Это цельный человек, для которого существуют только точные и определенные цели.

— Вы можете попытаться…

Ей так хотелось, чтобы отец де Верной уступил, дал полуобещание, хоть малую толику надежды на то, что она тронула его каменное сердце. Но он был непреклонен.

— В таком случае, когда вы увидите отца д'Оржеваля, спросите его кое о чем от моего имени, — решительно попросила Анжелика. — Он не сможет мне в этом отказать, будь я даже самым злейшим его врагом.

— О чем же?

— Узнайте у него секрет изготовления зеленых свечей. Никто другой не может мне в этом помочь. Отец де Верной рассмеялся.

— Вы неподражаемы! Хорошо, я передам отцу д'Оржевалю вашу просьбу.

Он протянул Анжелике руку, словно скрепляя их договор. Это был жест не иезуита, но моряка, честного компаньона, который, не желая произносить лишних слов, жестом выражает свое глубокое чувство.

Анжелика горячо пожала в ответ руку аристократа, которая от корабельных снастей стала мозолистой и коричневой. В ее голове промелькнула мысль: «Он не должен уезжать, если он уедет, то никогда.., я его больше никогда не увижу…» Тень от пролетающей шумной стаи птиц на миг окутала берег, и словно легла на сердце Анжелики, и сдавила его. Она почувствовала: вот-вот должно произойти нечто непоправимое. Будто Судьба готовилась постучаться в дверь. Ей почудилось, что сама Судьба стоит за спиной Джека Мэуина. Ужас, который читался в глазах Анжелики, заставил иезуита обернуться. Позади, в нескольких шагах от него, неподвижно стоял преподобный Томас Пэтридж.

Он был похож на тяжелое каменное изваяние. И только его налитые кровью глаза вращались и метали молнии. Отец де Верной поморщился.

— Добро пожаловать, пастор, — сказал он по-английски. Казалось, тот не расслышал. Пастор был охвачен гневом, невероятным даже при его вспыльчивом характере. Его пурпурно-лиловое, изуродованное шрамами лицо выражало, неистовую ярость.

— Сатанинское отродье! — наконец прорычал он, приближаясь к иезуиту.

— Добились своего! Вы оскверняете святое пристанище, нарушаете законы гостеприимства.

— Что вы там бормочете, старый безумец! Сами вы сатанинское отродье!

— Лицемер! Не думайте, что вам так просто удастся отправить нас в Квебек. Я дрался с индейцами, защищал свою паству. Я буду драться и с вами.

Он поднял свой мощный кулак и с криком «Умри, Сатана» ударил Мэуина прямо в лицо. Кровь хлынула из носа, потекла по губам и белым брыжам иезуита. Пэтридж нанес ему еще один удар в живот и собирался нанести третий, но Мэуин отскочил назад и ногой ударил противника в подбородок. Челюсти неистового пастора с треском сомкнулись.

— Умри и ты, Сатана! — закричала иезуит.

И они накинулись друг на друга с безумной яростью. Один работал кулаками, другой, избегая ударов, так стискивал противника, что трещали кости.

В одно мгновение вокруг дерущихся образовался круг. Все стояли, не в силах раскрыть рта, потрясенные, не решаясь разнять соперников, одержимых ненавистью и дикой жестокостью.

Драка началась столь внезапно, что Анжелика не успела понять, что же произошло. Птицы вдруг подняли в небе страшную суматоху. Их оглушительные крики и шум крыльев заглушали звуки ударов и проклятий, стонов и прерывистого дыхания противников, лишали дара речи сбежавшихся зрителей и придавали этой смертельной битве зловещий, таинственный смысл.

Когда соперники упали, не разжимая адских объятий, кое-кто решился приблизиться, но остановился в бессилии перед бешеной жаждой уничтожения, придававшей обоим нечеловеческие силы. Наконец Анжелика бросилась к противникам, заклиная их успокоиться и разойтись. Но ее едва не опрокинул пастор, который, резко подскочив, освободился от железных объятий Мэуина и нанес ему страшный удар коленом, который пришелся сопернику в печень. У иезуита вырвался хриплый крик.

Словно клещами, одной рукой он схватил англичанина за плечо, а ребром другой принялся наносить ему удары по темени. Лицо пастора почернело от прилившей крови.

Анжелика изо всех сил старалась перекричать адский шум, который подняли птицы.

— Найдите Колена Патюреля! Только он может их разнять! Скорее! Скорее! Они же убивают друг друга!

Она бросилась навстречу Патюрелю, уже спешившему К месту сражения.

— Скорей, Колен, умоляю тебя! Они схватились насмерть!

— Кто?

— Пастор и иезуит!

Колен устремился вперед и властно разорвал круг зевак. Но внезапно воцарилась тишина.

В отдалении стая чаек и бакланов опустилась на скалы, удобно устраиваясь на выступах. Ленивая волна выкатилась на берег, нарушая тишину своим мягким шорохом.

В ужасе, не произнося ни слова, все взирали на два тела, безжизненно распростертые на песке, словно сломанные куклы.

— Он раскроил ему череп, — сказал кто-то.

— Он разорвал ему нутро, — проговорил другой. Пастор был мертв. Его глаза остекленели и вылезли из орбит. Его соперник еще шевелился. Анжелика упала на колени возле отца де Вернона, приподняла восковые веки. Видит ли он ее? Зрачки потускнели и приобрели слепой металлический оттенок.

— Святой отец! Отец мой! Вы видите меня? Вы слышите меня?

Он посмотрел на нее невидящим взором и произнес затухающим голосом:

— Письмо.., д'Оржевалю… Оно не должно…

Голос иезуита сорвался, из горла вырвался хрип, и он умер.

Прошла долгая минута, прежде чем Колен снова наклонился над поверженными телами.

Анжелика пыталась объяснить дрожащим голосом:

— Я не поняла, что произошло. Пастор появился внезапно, вне себя от ярости, и ударил святого отца… Они всегда были врагами… Когда мы плыли по заливу Каско, они постоянно были готовы пустить в ход кулаки…

— Какое страшное несчастье! — произнес Колен. Он разъединил тела, положил их рядом: оба статные, могучие, в церковных одеяних. Закрыв умершим глаза, он попросил два платка и, взяв у женщин косынки, накрыл распухшие лица священников.

— Кто может прочесть заупокойную молитву над ним? — Патюрель указал на пастора.

Смертельно бледный пастор Бокер вышел вперед. Он прочел отрывок из заупокойной молитвы, и присутствующие протестанты вторили ему вполголоса.

— А над иезуитом?

— Я, — робко проговорил молодой монах-капуцин, брат Марк, который все еще находился в Голдсборо.

Он волновался и путался в латинских словах, невпопад посылая крестные знамения. Великий Джек Мэуин жалостливо улыбнулся бы, видя такое.

— Кто из мужчин понесет тела? Из толпы вышли четверо.

— Кто еще? Они слишком тяжелые. Восемь широкоплечих мужчин понесли священников к их последнему пристанищу на вершине утеса.

— Их нужно положить в одну могилу, — сказал Колен.

Эта могила и поныне сохранилась здесь, у подножия сосны, заросшая иван-чаем.

О ней никто не знает. О ней давно позабыли. Но если раздвинуть мох, то откроется серая полуразбитая плита, на которой еще не стерлись слова, вырезанные на камне в те далекие времена по приказу здешнего губернатора:

Здесь покоятся два священника, Что с криком «Умри, Сатана!» Лишили жизни друг друга.

Да будет земля им пухом.

Назад | Наверх | Вперед

Оглавление
Анжелика Анжелика. Часть 1. Маркиза ангелов Анжелика. Часть 2. Тулузская свадьба Анжелика. Часть 3. В галереях Лувра Анжелика. Часть 4. Костер на гревской площади Путь в Версаль Путь в Версаль. Часть 1. Двор чудес Путь в Версаль. Часть 2. Таверна 'Красная маска' Путь в Версаль. Часть 3. Дамы аристократического квартала Дю Марэ Анжелика и король Анжелика и король. Часть 1. Королевский двор Анжелика и король. Часть 2. Филипп Анжелика и король. Часть 3. Король Анжелика и король. Часть 4. Борьба Неукротимая Анжелика Неукротимая Анжелика. Часть 1. Отъезд Неукротимая Анжелика. Часть 2. Кандия Неукротимая Анжелика. Часть 3. Верховный евнух Неукротимая Анжелика. Часть 4. Побег Бунтующая Анжелика Бунтующая Анжелика. Часть 1. Потаенный огонь Бунтующая Анжелика. Часть 2. Онорина Бунтующая Анжелика. Часть 3. Протестанты Ла-рошели Анжелика и её любовь Анжелика и её любовь. Часть 1. Путешествие Анжелика и её любовь. Часть 2. Мятеж Анжелика и её любовь. Часть 3. Страна радуг Анжелика в Новом Свете Анжелика в Новом Свете. Часть 1. Первые дни Анжелика в Новом Свете. Часть 2. Ирокезы Анжелика в Новом Свете. Часть 3. Вапассу Анжелика в Новом Свете. Часть 4. Угроза Анжелика в Новом Свете. Часть 5. Весна Искушение Анжелики Искушение Анжелики. Часть 1. Фактория голландца Искушение Анжелики. Часть 2. Английская деревня Искушение Анжелики. Часть 3. Пиратский корабль Искушение Анжелики. Часть 4. Лодка Джека Мэуина Искушение Анжелики. Часть 5. Золотая Борода терпит поражение Анжелика и Дьяволица Анжелика и Дьяволица. Часть 1. Голдсборо или первые ростки Анжелика и Дьяволица. Часть 2. Голдсборо или ложь Анжелика и Дьяволица. Часть 3. Порт-Руаяль или страдострастие Анжелика и Дьяволица. Часть 4. В глубине французского залива Анжелика и Дьяволица. Часть 5. Преступления в заливе святого Лаврентия Анжелика и заговор теней Анжелика и заговор теней. Часть 1. Покушение Анжелика и заговор теней. Часть 2. Вверх по течению Анжелика и заговор теней. Часть 3. Тадуссак Анжелика и заговор теней. Часть 4. Посланник короля Анжелика и заговор теней. Часть 5. Вино Анжелика и заговор теней. Часть 6. Приезды и отъезды Анжелика в Квебеке Анжелика в Квебеке. Часть 1. Прибытие Анжелика в Квебеке. Часть 2. Ночь в Квебеке Анжелика в Квебеке. Часть 3. Дом маркиза Де Виль Д'аврэя Анжелика в Квебеке. Часть 4. Монастырь Урсулинок Анжелика в Квебеке. Часть 5. Бал в день Богоявления Анжелика в Квебеке. Часть 6. Блины на сретение Анжелика в Квебеке. Часть 7. Сад губернатора Анжелика в Квебеке. Часть 8. Водопады монморанси Анжелика в Квебеке. Часть 9. Прогулка к берришонам Анжелика в Квебеке. Часть 10. Посланник со Святого Лаврентия Анжелика в Квебеке. Часть 11. Казнь ирокеза Анжелика в Квебеке. Часть 12. Письмо короля Дорога надежды Дорога надежды. Часть 1. Салемское чудо Дорога надежды. Часть 2. Черный монах в Новой Англии Дорога надежды. Часть 3. Возвращение на 'Радуге' Дорога надежды. Часть 4. Пребывание в Голдсборо Дорога надежды. Часть 5. Счастье Дорога надежды. Часть 6. Путешествие в Монреаль Дорога надежды. Часть 7. На реке Триумф Анжелики Триумф Анжелики. Часть 1. Щепетильность, сомнения и муки Шевалье Триумф Анжелики. Часть 2. Меж двух миров Триумф Анжелики. Часть 3. Чтение третьего семистишия Триумф Анжелики. Часть 4. Крепость сердца Триумф Анжелики. Часть 5. Флоримон в Париже Триумф Анжелики. Часть 6. Кантор в Версале Триумф Анжелики. Часть 7. Онорина в Монреале Триумф Анжелики. Часть 8. Дурак и золотой пояс Триумф Анжелики. Часть 9. Дьявольский ветер Триумф Анжелики. Часть 10. Одиссея Онорины Триумф Анжелики. Часть 11. Огни осени Триумф Анжелики. Часть 12. Путешествие архангела Триумф Анжелики. Часть 13. Белая пустыня Триумф Анжелики. Часть 14. Плот одиночества Триумф Анжелики. Часть 15. Дыхание Оранды Триумф Анжелики. Часть 16. Исповедь Триумф Анжелики. Часть 17. Конец зимы Триумф Анжелики. Часть 18. Прибытие Кантора и Онорины в Вапассу