Серия книг про Анжелику. Анн и Серж Голон.

Анжелика и Дьяволица. Часть 2. Глава 3

Анжелике пришлось предупредить Колена Патюреля о неожиданном возвращении герцогини.

Губернатор Голдсборо воспринял известие молча, только несколько раз кивнул головой и ограничился приглашением обеих женщин к себе на ужин.

Отсутствие Жоффрея де Пейрака, маркиза д'Урвилля, испанских гвардейцев, свиты графа и даже маркиза де Виль д'Авре создавало в Голдсборо, окутанном туманной мглой, атмосферу непривычной пустоты. Здесь царила тишина, которая обычно спускалась на Голдсборо в зимнюю пору. Но сейчас над поселком разлился тяжелый, душный воздух, который наполнил берег резкими ароматами далекого леса, перебивавшими горьковатый запах водорослей и прилива.

Казалось, ничто не связывает между собой представителей двух разных вероисповеданий, оказавшихся волею судеб вместе.

Солдаты Колена не покладая рук отстраивали свой поселок и церковь. Они работали молча. Слышались лишь краткие приказания Барсампюи. Лицо юного искателя приключений было печально.

Протестанты занимались своими обычными делами, не обмениваясь с католиками ни единым словом.

Общение шло на более высоком уровне. Знатные граждане Ла-Рошели, похоже, получали истинное наслаждение от беседы с Коленом. Подле него Анжелика увидела Маниго, Берна и пастора Бокера.

Анжелика справилась о здоровье Абигель. Габриэль Берн казался довольным:

— Сегодня утром она почувствовала себя лучше, даже затеяла стирку. Думаю, у нас в запасе есть еще несколько дней, — он был рад, что отодвигается день, которого он боялся, пожалуй, даже больше, чем сама Абигель.

Анжелика отправилась навестить подругу. Та и вправду выглядела лучше и даже деловито носила корзины с бельем на речку, где вместе с Севериной, Лорье, Бертильей и еще несколькими соседками она намыливала белье и энергично орудовала вальком.

— У меня не было сил заниматься домашними делами, и я боялась, что комнаты останутся неприбранными к сроку» Слава богу, сегодня я чувствую себя хорошо, наверное, благодаря влажному туману, и к вечеру как раз успею развесить выстиранное белье. Завтра снова выглянет солнце. У меня будет время все сложить и убрать в шкаф. Северина мне потом поможет гладить. И тогда я смогу спокойно отдыхать. Анжелика пообещала Абигель свою помощь.

Вернувшись в форт, она застала Амбруазину де Модрибур сидящей перед подносом с завтраком, который подали по приказу Анжелики. На лице герцогини лежала тень. Быть может, она жалела о своих признаниях? Словно застыв в неестественной позе, она уже несколько часов неподвижно глядела перед собой. Порой она машинально подносила ко рту маленький кусочек хлеба и медленно его жевала, погруженная в раздумья. Анжелика сказала Амбруазине, что не хочет оставлять ее одну в домике на окраине, где они жили вместе с королевскими невестами, и предлагает ей поселиться у тетушки Анны, весьма ученой старой девы, которая зимой дает уроки местным детям. К ее скромному жилищу была пристроена удобная комната с отдельным входом, которая зимой служила классом для занятий, а летом не использовалась. Госпожа де Модрибур может туда переселиться уже сегодня.

— Тетушка Анна очень скромна и любезна. Она вас ни в чем не стеснит. А если вы почувствуете себя одинокой, вам будет с кем переброситься парой слов. Она, безусловно, гораздо больше образована по части математики и теологии, чем я, — со смехом заключила Анжелика.

— О! Вы просто ангел, — прошептала Амбруазина. — Чем я могу доказать вам мою признательность?!

— Тем, что как следует отдохнете, — Анжелика легко дотронулась до лба бедной женщины, — и не будете думать о том, о чем вам больно вспоминать.

Но герцогиня де Модрибур еще не оправилась от потрясения. Должно было пройти несколько дней, чтобы она пришла в себя и разумно воспринимала окружающих.

Анжелика оставила ее, не преминув еще раз посоветовать ей отдохнуть. Остаток дня она провела с Абигель, весело болтая и перенося с реки корзины с чистым бельем. Расправившись со стиркой, Абигель собиралась еще как следует надраить мебель у себя в доме.

Анжелика не осмелилась сказать ей, что считает эти планы чересчур смелыми. По собственному опыту она знала, что такая жажда деятельности обуревает женщин в последние дни беременности. Так и Абигель старалась успеть привести в порядок свое жилище, чтобы спокойно посвятить себя главному — рождению ребенка.

К концу дня туман немного рассеялся, и показалось солнце.

— Видите, я была права, белье до завтра высохнет.

— Как все-таки жаль, что нам не смог помочь Марсиаль, — посетовала Абигель. — Он такой сильный и предупредительный.

— А где он?

— Он охраняет вход в залив вместе с вашим Кантором и другими молодыми людьми. По-моему, по поручению господина де Пейрака.

Беспокойство об Абигель и о Канторе немного отодвинуло заботы Анжелики о герцогине де Модрибур.

— Почему Кантор мне ничего не сказал и исчез, не предупредив? Мне так хотелось, чтобы он все эти дни был рядом со мной. И что за поручение дал ему Жоффрей? Неужели он ищет корабль с оранжевым флажком? Конечно, кому, как не этим юношам, которые вдоль и поперек избороздили здешние просторы, знать все тайные уголки на островах. Но вдруг им будет угрожать опасность? Ах! Негодный мальчишка! Скорей бы он возвращался…

К счастью, Амбруазине де Модрибур стало лучше. Правда из-за слабости она не могла присутствовать на ужине, на который их пригласил Колен. Анжелика отослала ему записку с извинениями, тоже предпочитая провести вечер у себя дома и отдохнуть после тяжелого дня и бурной ночи. Она намеревалась лечь пораньше, ведь скоро ее силы понадобятся Абигель.

— Как здесь хорошо, — сказала Амбруазина, оглядываясь вокруг. — От каждой вещи, к которой вы прикасаетесь, исходит удивительное умиротворение. Целый день я провела в этой комнате и успела все как следует рассмотреть. Это меня так успокоило. Мне намного лучше.

— Я рада за вас.

— -Такое впечатление, что там, где живете вы, даже колдовство теряет силу. Вы словно ставите преграду на пути зла. Анжелика наполняла древесным углем глиняную печь, чтобы приготовить себе и гостье немного турецкого кофе и, услышав слова Амбруазины, с интересом взглянула на нее.

— Что вы хотите этим сказать?

— Разве вы не чувствуете, что над нами нависла опасность? — герцогиня пристально смотрела на Анжелику своими расширенными глазами. — Не знаю, как лучше выразить мою, мысль, но, мне кажется, что опасность угрожает именно вам.

Анжелика подула на уголья, чтобы разжечь пламя, и поставила на печь марокканский кофейник. Теперь она понимала, что ее завораживало и немного смущало в герцогине де Модрибур: подобно египетским жрицам, Амбруазина обладала даром прорицательницы, который никак не вязался с ее положением знатной дамы — «благодетельницы». Но ведь и Анжелику всю ее беспокойную жизнь преследовала репутация колдуньи, которая одним взглядом своих зеленых глаз способна навлечь беду. Анжелика действительно знала за собой эту особенность: быстро находить общий язык с детьми, животными и дикарями, то есть с существами, близкими природе, но никогда не использовала этот свой талант во зло.

— Вы говорите, как Пиксарет, — сказала Анжелика.

— Огромный индеец, который называл вас своей пленницей?

— Да… Он тогда сказал: «Тебе угрожает опасность…» И буквально сбежал.

— Вот видите, — встревожилась Амбруазина. — Мои предчувствия верны. И еще я все время думаю, откуда исходит эта опасность.., и не заключается ли она в вас самой…

— Во мне?

— Да! Не поймите превратно то, что я вам сейчас скажу, но я хорошо изучила людей, особенно женщин, видела много разных характеров, простых и сложных… Вы — одна из самых удивительных и привлекательных женщин, которых я когда-либо встречала, и поэтому мне хочется предостеречь вас от некоторых ошибок. Вы столь необыкновенны, что подходите к миру со своей меркой, считаете, что ваша порядочность, возвышенные чувства всегда найдут отклик в людских сердцах… Поэтому вас легко обмануть.., вам не хватает осторожности.

— Осторожности, — задумчиво повторила Анжелика, внимательно слушая герцогиню.

— Да.., если хотите, ваше особое видение мира и людей заставляет вас забывать об опасных последствиях ваших поступков.., и это меня очень беспокоит. Возьмем, к примеру, этого… Пиксарета. Он вошел в вашу спальню так, словно имел на это право, как хозяин… Он склонился над кроватью, где вы могли в тот момент лежать, будто привык вас созерцать на ложе, и даже положил вам на плечо свою грязную бесстыдную руку. Я видела улыбку на его раскрашенной физиономии. Никогда в жизни мне не было так страшно. Я подумала, что передо мной сам дьявол. Мои девушки кричали вместе со мной, как безумные.

— Я вам говорила, что к поведению дикарей нужно привыкнуть, — Анжелика еле сдерживалась, чтобы не рассмеяться, представив себе эту сцену.

— Но вы же могли быть в постели вместе с вашим супругом! — герцогиня была явно шокирована.

— Обычно мы принимаем все меры предосторожности и накануне запираем дверь на засов, прекрасно зная, чего можно ожидать от дикарей, которые часто бродят по побережью. Но если вдруг мы бы забыли закрыться изнутри, то, думаю, посмеялись бы все вместе. В сущности, дикари стыдливы и целомудренны, но они не испытывают особого стеснения перед проявлением естественных жизненных потребностей.

— Вы к ним чересчур снисходительны. Вы и в самом деле так привязаны к этому мужчине?

— К какому мужчине? — Анжелика решительно не понимала, к чему столь настойчиво клонит Амбруазина.

— К этому… Пиксарету! Знаете, в Квебеке говорят, что вы делите ложе с дикарями.

— В Квебеке! Ничего удивительного! Они желают моей смерти. Чего они только не говорят! Например, что я — Дьяволица. А топ всему задает один фанатик — отец д'Оржеваль, который видит в нас слуг дьявола, ступивших на здешнюю землю, чтобы совратить ее жителей.

— Я слышала об отце д'Оржевале, — задумчиво сказала Амбруазина.

— Мы бессильны против его преследований. Он находится во власти предвзятой идеи, и для достижения своих целей не останавливается ни перед чем, даже перед самыми гнусными сплетнями.

— Вы могли бы по крайней мере не давать для них повода. Именно это я и хотела вам сказать, упрекая вас — при всей моей любви к вам — в пренебрежении мнением света. Для белой женщины должно быть непереносимо слыть любовницей дикарей. Теперь, когда я вас узнала, мне особенно больно было бы это слышать. Не понимаю, как ваш муж переносит все эти россказни о вас?! Может быть, он чересчур покладист?

— О нет! — возразила Анжелика, вспомнив о недавних событиях.

— В таком случае я действительно не понимаю, как он…

— От вас не требуется понимать все в жизни других людей, — сухо ответила Анжелика, — особенно в стране, где надо заново пересматривать многие из своих убеждений. Здесь необходима терпимость.

— Да.., но осторожность — тоже добродетель.

На этот раз Анжелика воздержалась от ответа. Амбруазина начинала ей надоедать своими наставлениями. Теперь Анжелику определенно раздражала в «благодетельнице» из общины Святого причастия ее детская неискушенность в сочетании с глубокой проницательностью. Анжелику больно задели слова Амбруазины, но в то же время она не могла не признать, что в чем-то они были справедливы, ибо верно объясняли источник опасности, которая угрожала и всегда будет угрожать ей и графу де Пейраку. Угроза исходила от того мира, который никогда не сможет принять их такими, какие они есть.

Тяжело было жить с грузом такого знания. Не желая отрекаться от себя, приходилось смиряться с существованием непреодолимой пропасти, отделяющей их от этого мира.

Пиксарст… Уттаке… Могла ли Анжелика объяснить, что связывает ее с этими сыновьями американских лесов? Она подарила Пиксарету плащ цвета утренней зари, чтобы тот мог завернуть в него останки своих предков, а Пиксарет за это оставил в живых раненого ирокеза Уттаке. «Бог облаков» Уттаке передал ей в знак дружбы ожерелье вампум. И разве рис и фасоль, присланные ирокезами, не спасли всех их от голода в конце той зимы?! Высокая духовность и человечность их отношений была непонятна, непостижима для представителей старой европейской культуры, отчасти утративших веру в подобные чувства, Анжелика отставила в сторону кофейник, чтобы гуща осела на дно, и машинально подошла к окну. Стояла глубокая, беспросветная ночь. Ее охватило ощущение невыносимого одиночества и опасности, которую они с Жоффреем одновременно почувствовали, но пока не смогли от себя отвести. В душе Анжелики снова зашевелился страх: кто же замышляет эти злые козни? Как ловок и умен, как нечеловечески хитер их враг!

«Ты веришь в Сатану?» — спросил Анжелику ее внутренний голос… Не знаю! Но в Бога?! В Бога я верую. Господи, защити нас!

Она вернулась к Амбруазине, которая, скрестив руки на коленях, не сводила с нее глаз.

— Я вас расстроила. Простите меня… Я бываю столь бестактна в разговорах с вами… Это оттого, что мне хочется лучше вас узнать и, если возможно, помочь. Вы столько для меня сделали…

— Не беспокойтесь обо мне, — беззаботно ответила Анжелика.

— Но тогда кто, кто защитит вас? — проникновенно воскликнула Амбруазина. — Вы так одиноки сейчас. Почему ваш муж не взял вас с собой? Если он любит вас, он должен был почувствовать опасность и не оставлять вас здесь одну…

— Он хотел увезти меня, но я не могла покинуть Голдсборо. Я должна дождаться дня, когда Абигель родит свое дитя…

— В самом деле, вы же мне говорили… Как вы добры ко всем, кто вас окружает, даже к тем, кто не принадлежит к вашей религии. Она ведь гугенотка, не так ли? Однажды она зашла побеседовать со мной. Мне было очень интересно — я впервые разговаривала с протестанткой. Она мне показалась.., очень милой.

— Да, она действительно прелестна, — улыбнулась Анжелика. — О чем же она хотела с вами поговорить?

— Она пришла спросить, как женщина женщину, позволю ли я моим девушкам выйти замуж за здешних пиратов, увеличив тем самым число колонистов в Голдсборо. У меня создалось впечатление, что ей самой это безразлично, и она действует по поручению своего мужа и других руководителей и пасторов их общины. Думаю, что эти гугеноты считают Голдсборо своим родным домом, а себя — хозяевами протестантской колонии, и не одобряют появления здесь новых католических семей.

К тому моменту по совету отца де Вернона я уже решила увезти девушек и смогла ее успокоить.

Анжелике было неприятно узнать о таком поступке Абигель.

— Почему Абигель не поговорила об этом со мной?

— Я задала ей тот же вопрос. И она призналась, что им было трудно противоречить вашему мужу, владельцу этих земель. К тому же, как я поняла, они многим обязаны и ему, и вам, ярой поклоннице этих браков, столь желанных для местных пиратов и для вновь назначенного губернатора Колена Патюреля.

— Я вовсе не такая уж «ярая» поклонница этой идеи, — скрывая раздражение, возразила Анжелика, — но создание новых семей могло бы внести умиротворение в нашу бурную жизнь с ее постоянными раздорами, боями и кораблекрушениями.

— Абигель сказала то же самое. Думаю, что со своей стороны — впрочем, и для того, чтобы понравиться вам, — она с радостью согласилась бы с таким исходом дела. Но, видимо, члены ее общины думают иначе… Похоже, они скорее враждебно относятся к своему нынешнему губернатору. Он ведь католик, не так ли?

Анжелика не ответила. Речи Амбруазины давали повод для новых волнений. Опять эти гугеноты! Неужели они не могут наконец примириться! Неужели они и в самом деле столь несговорчивы?!

Она разлила кофе по чашкам и поставила их на стол — одну перед Амбруазиной, другую — перед собой. Затем налила из кувшина стакан холодной воды, чтобы запивать кофе, и снова вернулась к столу. Герцогиня посмотрела на ее сосредоточенное лицо и тяжело вздохнула.

— Да, я понимаю. То, что вы задумали сделать, очень сложно. Примирить крайности! Разве это разумно?

— Мы ничего не задумывали, — еле сдерживаясь, возразила Анжелика. — Так вышло! Случайно! Когда о помощи просят люди, которым негде приклонить головы.., разве можно отказать им в спасении и в клочке земли…

Анжелика села напротив Амбруазины, как вдруг раздался стук в дверь.

Это была госпожа Каррер, которая снова принесла верхнее платье герцогини из желтого атласа.

— Я видела, как вы шли по улице, — обратилась она к госпоже де Модрибур, — и сказала себе: «Гляди-ка, вот она и вернулась!» Все очень кстати, я как раз закончила его штопать и теперь могу вернуть вам.

— Чудесно! — воскликнула Амбруазина, разглядывая материю. — Совершенно ничего не заметно. Какая великолепная работа, сударыня!

— Мне помогали) дочери, — скромно сказала госпожа Каррер. — Они неплохие мастерицы, и им полезно время от времени выполнять по-настоящему тонкую работу. А это у вас, кажется, турецкий кофе? — безо всякого перехода продолжила эта почтенная женщина, с наслаждением вдыхая запах, исходивший из двух фарфоровых чашек на медных подставках.

— Да. Вы тоже поклонница этого божественного напитка?

— Еще бы! Я частенько пила его в маленькой восточной кофейне в Ла-Рошели.

— Так выпейте эту чашку, пока она не остыла, а я себе приготовлю новую.

Госпожа Каррер не заставила себя упрашивать и выпила все до последней капли. Затем заглянула в чашку я перевернула ее на блюдце вверх дном.

— В том кабачке иногда бывала одна египтянка, которая предсказывала судьбу по кофейной гуще. Я немного у нее набилась. Чему только не научишься в порту. Хотите, я вам погадаю? — спросила госпожа Каррер.

— О нет! Прошу вас. Всякое колдовство есть грех! — с этими словами герцогиня выхватила у нее блюдце.

Анжелика сделала знак госпоже Каррер, чтобы та не настаивала.

— Ну ладно, мне нужно идти, — она поднялась.

— Завтра будет хорошая погода? — спросила Анжелика, подумав о выстиранном белье Абигель.

Госпожа Каррер подошла к окну и потянула носом воздух;

— Нет, ветер снова переменился. Похоже, он принесет нам тучи, дождь и даже грозу.

Вскоре это предсказание подтвердилось: вдали прогремел гром, море почернело и заволновалось.

— Я провожу вас, пока не начался дождь, — предложила Анжелика Амбруазине. — Не забудьте свою накидку.

Она помогла герцогине надеть длинный черный плащ С пурпурной подкладкой, в которой та явилась накануне ночью.

— Откуда у вас этот плащ? Может быть, и его Арман Дако прятал где-нибудь в складках своей одежды? Амбруазина словно очнулась от сна.

— О! Вы не поверите, это такая невероятная история… В этих краях поистине творятся чудеса! Представьте себе… Мне его дал капитан.

— Какой капитан?

— Капитан шлюпки, на которой я вернулась в Голдсборо. Люди, которые плыли в лодке, сказали, что недавно разграбили один испанский «корабль, и у них есть целый сундук с женской одеждой, которой они не могут найти применение.

— Разве вы не говорили, что на шлюпке плыли жители Акадии?

— Они так себя назвали. А что тут странного? По-моему, французы из Акадии все немного морские разбойники и грабители, — ведь они бедны и покинуты торговыми компаниями и правительством. И когда они чувствуют особую нужду…

Видя, насколько поражена Анжелика, герцогиня поспешила добавить:

— Я решила принять этот подарок, ведь я не знала, чего капитан хочет от меня, мне было немного страшно. Я и вправду дрожала от холода. Как раз спустился туман, и плащ пришелся весьма кстати.

— Каков из себя этот капитан? Бледный, с холодным взглядом?

— Точно не помню… Я не осмеливалась на него смотреть. Представьте себе, как я сама была потрясена своим отчаянным поступком… Очутиться одной, без вещей, среди незнакомых матросов… — она слабо улыбнулась. — Видите, до чего меня довело страстное желание вернуться в Голдсборо и разыскать вас.

— А на носу той лодки случайно не было оранжевого флажка?

— Надо вспомнить… Это была очень большая шлюпка… Сейчас подумаю… Да, погодите! Когда я пересаживалась в эту шлюпку, в нескольких кабельтовых от нас проплыл какой-то корабль.., и на носу у него был оранжевый флажок!

Назад | Наверх | Вперед

Оглавление
Анжелика Анжелика. Часть 1. Маркиза ангелов Анжелика. Часть 2. Тулузская свадьба Анжелика. Часть 3. В галереях Лувра Анжелика. Часть 4. Костер на гревской площади Путь в Версаль Путь в Версаль. Часть 1. Двор чудес Путь в Версаль. Часть 2. Таверна 'Красная маска' Путь в Версаль. Часть 3. Дамы аристократического квартала Дю Марэ Анжелика и король Анжелика и король. Часть 1. Королевский двор Анжелика и король. Часть 2. Филипп Анжелика и король. Часть 3. Король Анжелика и король. Часть 4. Борьба Неукротимая Анжелика Неукротимая Анжелика. Часть 1. Отъезд Неукротимая Анжелика. Часть 2. Кандия Неукротимая Анжелика. Часть 3. Верховный евнух Неукротимая Анжелика. Часть 4. Побег Бунтующая Анжелика Бунтующая Анжелика. Часть 1. Потаенный огонь Бунтующая Анжелика. Часть 2. Онорина Бунтующая Анжелика. Часть 3. Протестанты Ла-рошели Анжелика и её любовь Анжелика и её любовь. Часть 1. Путешествие Анжелика и её любовь. Часть 2. Мятеж Анжелика и её любовь. Часть 3. Страна радуг Анжелика в Новом Свете Анжелика в Новом Свете. Часть 1. Первые дни Анжелика в Новом Свете. Часть 2. Ирокезы Анжелика в Новом Свете. Часть 3. Вапассу Анжелика в Новом Свете. Часть 4. Угроза Анжелика в Новом Свете. Часть 5. Весна Искушение Анжелики Искушение Анжелики. Часть 1. Фактория голландца Искушение Анжелики. Часть 2. Английская деревня Искушение Анжелики. Часть 3. Пиратский корабль Искушение Анжелики. Часть 4. Лодка Джека Мэуина Искушение Анжелики. Часть 5. Золотая Борода терпит поражение Анжелика и Дьяволица Анжелика и Дьяволица. Часть 1. Голдсборо или первые ростки Анжелика и Дьяволица. Часть 2. Голдсборо или ложь Анжелика и Дьяволица. Часть 3. Порт-Руаяль или страдострастие Анжелика и Дьяволица. Часть 4. В глубине французского залива Анжелика и Дьяволица. Часть 5. Преступления в заливе святого Лаврентия Анжелика и заговор теней Анжелика и заговор теней. Часть 1. Покушение Анжелика и заговор теней. Часть 2. Вверх по течению Анжелика и заговор теней. Часть 3. Тадуссак Анжелика и заговор теней. Часть 4. Посланник короля Анжелика и заговор теней. Часть 5. Вино Анжелика и заговор теней. Часть 6. Приезды и отъезды Анжелика в Квебеке Анжелика в Квебеке. Часть 1. Прибытие Анжелика в Квебеке. Часть 2. Ночь в Квебеке Анжелика в Квебеке. Часть 3. Дом маркиза Де Виль Д'аврэя Анжелика в Квебеке. Часть 4. Монастырь Урсулинок Анжелика в Квебеке. Часть 5. Бал в день Богоявления Анжелика в Квебеке. Часть 6. Блины на сретение Анжелика в Квебеке. Часть 7. Сад губернатора Анжелика в Квебеке. Часть 8. Водопады монморанси Анжелика в Квебеке. Часть 9. Прогулка к берришонам Анжелика в Квебеке. Часть 10. Посланник со Святого Лаврентия Анжелика в Квебеке. Часть 11. Казнь ирокеза Анжелика в Квебеке. Часть 12. Письмо короля Дорога надежды Дорога надежды. Часть 1. Салемское чудо Дорога надежды. Часть 2. Черный монах в Новой Англии Дорога надежды. Часть 3. Возвращение на 'Радуге' Дорога надежды. Часть 4. Пребывание в Голдсборо Дорога надежды. Часть 5. Счастье Дорога надежды. Часть 6. Путешествие в Монреаль Дорога надежды. Часть 7. На реке Триумф Анжелики Триумф Анжелики. Часть 1. Щепетильность, сомнения и муки Шевалье Триумф Анжелики. Часть 2. Меж двух миров Триумф Анжелики. Часть 3. Чтение третьего семистишия Триумф Анжелики. Часть 4. Крепость сердца Триумф Анжелики. Часть 5. Флоримон в Париже Триумф Анжелики. Часть 6. Кантор в Версале Триумф Анжелики. Часть 7. Онорина в Монреале Триумф Анжелики. Часть 8. Дурак и золотой пояс Триумф Анжелики. Часть 9. Дьявольский ветер Триумф Анжелики. Часть 10. Одиссея Онорины Триумф Анжелики. Часть 11. Огни осени Триумф Анжелики. Часть 12. Путешествие архангела Триумф Анжелики. Часть 13. Белая пустыня Триумф Анжелики. Часть 14. Плот одиночества Триумф Анжелики. Часть 15. Дыхание Оранды Триумф Анжелики. Часть 16. Исповедь Триумф Анжелики. Часть 17. Конец зимы Триумф Анжелики. Часть 18. Прибытие Кантора и Онорины в Вапассу