Серия книг про Анжелику. Анн и Серж Голон.

Анжелика и Дьяволица. Часть 1. Глава 22

Жоффрей де Пейрак тотчас принял решение:

— Раз медведь здесь, нужно немедленно переправить его на корабль; вряд ли еще представится такой удобный случай.. Мистер Кемптон, вы готовы отплыть сегодня вечером?

— Да, сэр! Еще утром я по вашему совету принес в порт свои вещи. А потом, не жалея ног, бегал в поисках этого разбойника, а он, наверное, был рядом и ухмылялся, глядя на меня из-за какого-нибудь дерева.

Мистер Уилаби не спеша приближался, время от времени останавливаясь, чтобы перевернуть камень, вставал на задние лапы, нюхал воздух и с невозмутимым видом оглядывался вокруг.

— Вы еще поплатитесь за ваши проделки, — проворчал Кемптон, готовясь накинуть на беглеца цепь.

Тем временем атмосфера вокруг внезапно изменилась: было решено действовать безотлагательно, по намеченному плану. Раз медведь, непременный участник экспедиции, нашелся, в море уже сейчас должны были выйти менее быстроходные лодки, и среди них — большая шлюпка, на которой приплыли жители из Акадии и их соседи — индейцы. Обратно они возвращались с оружием и разной утварью, к тому же в обществе Кемптона и его медведя, Матеконандо с его дочерью и воинами, двоих патсуикетов, господина д'Урвйлля, господина де Рандона и других. Такая разношерстная флотилия могла вызвать недоверие англичан, и Пейрак на своих легких кораблях собирался нагнать лодки возле устья Святого Иоанна и проследить за их разгрузкой.

Спешно, как по тревоге, собрались у берега индейцы, их голоса вплелись в общий шум. Опечаленный Кастин нежно обнимал за плечи юную Матильду, шептал ей слова любви на языке абенаков. Кротко глядя на Кастина, девушка улыбалась и старалась его успокоить: ведь они отправляются не в военный поход, а почти на прогулку. В неизведанном краю, где царит божество Глооскап, их ждут приключения, богатство, нежданные подарки и новые друзья.

Однако виновник нежданной суматохи, медведь, как будто не понимал всей важности происходящего. С отменной ловкостью и с истинно британской невозмутимостью он уклонялся от настойчивых попыток хозяина накинуть ему на шею цепь и затащить в лодку, что никогда не вызывало у Уилаби особого восторга. Видя, что все его усилия тщетны, Илай Кемптон начал нервничать.

— С меня довольно, — воскликнул он, порывисто сдвинув шляпу так, что пряжка оказалась на затылке (это было у него признаком величайшего гнева),

— Уилаби, сейчас же перестаньте издеваться над серьезными людьми! В конце концов, вы всего лишь медведь!

Вместо ответа зверь тяжелым галопом помчался мимо индейцев, которые с громкими криками и смехом разбежались в разные стороны, и внезапно оказался прямо перед отцом Мареше де Верноном. Медведь поднялся во весь рост и положил на плечи монаха свои тяжелые, страшные, когтистые лапы. Иезуит даже не покачнулся и продолжал стоять как ни в чем не бывало. Он знал этого необычного зверя — однажды он взялся довезти медведя на своем корабле и Новый Йорк — и поэтому вежливо поприветствовал его по-английски. Священник был высокого роста, но медведь, стоящий на задних лапах, все же немного возвышался над ним: красная пасть с острыми клыками покачивалась в нескольких дюймах от лица отца де Вернона.

Смех оборвался, встревоженная Анжелика подошла ближе.

Вкусив фруктов, свежего воздуха и свободы, ручной медведь, похоже, вновь обратился в дикого зверя. Вдруг он подался назад, покачиваясь и рыча, раздвинул лапы, будто приготовился обхватить и стиснуть святого отца в своих объятиях.

— Он хочет бороться, — воскликнул Кемптон. — О! Видел ли кто-нибудь такого шутника?! Он считает, что еще недостаточно был в центре внимания. Настоящий артист! Он хочет бороться с вами, Мэуин.

— Нет! — Анжелика всерьез заволновалась, — это неосторожно. Вы же видите, что зверь очень возбужден.

Но отец де Верной был спокоен. Он разглядывал своего опасного соперника с доброжелательной улыбкой. Не в первый раз медведь вызывал его на поединок.

— Сразитесь с ним, Мэуин, — настаивал разносчик, — иначе он не успокоится. Ведь вы можете это для него сделать?! После всего, что он сделал для вас…

Любопытно было бы узнать, какие особые услуги мог оказать мистер Уилаби хозяину «Белой птицы». Но маленький разносчик Коннектикута имел на сей счет особое мнение: для него центром мироздания был его верный спутник и давний друг — медведь.

Тем временем зверь нервничал и казался разочарованным. Он привык к дружескому расположению, которое всегда — он это хорошо помнил — демонстрировал его добрый и честный соперник.

— All right! Хорошо, я согласен, — решился иезуит. Он снял плащ, отдал его маленькому шведу, сбросил мокасины и остался босиком, приподнял полы сутаны и заправил их за пояс, обнажив худые, жилистые ноги, затем занял оборонительную позицию, став против медведя.

Тот издал удовлетворенное рычание, от которого окружающие невольно поежились. — В июле у медведей брачная пора, — сказал кто этот иезуит сошел с ума. то, — Неважно! Ему поможет его хозяин — Дьявол, — насмешливо бросил преподобный Пэтридж.

Толпа плотным кольцом окружила соперников. Молчали даже индейцы. Плавно покачивались высокие остроконечные колпаки мик-маков.

Все взгляды были прикованы к необычному зрелищу. Дрессированному, но от этого не менее страшному в своей мощи зверю противостоял человек, у которого не было никакого другого оружия, кроме рук. Одним ударом острых когтей медведь мог распороть своему сопернику живот, изуродовать его на всю жизнь. Правда, обычно во время таких схваток мистер Уилаби не пользовался своими когтями, к тому же Кемптон их немного подрезал. Но сегодня всем казалось, что когти особенно остры, быть может оттого, что медведь не выглядел столь добродушным, как обычно. Он рычал, переминался с одной лапы на другую, глаза его горели красным огнем.

Внезапно зверь бросился вперед. Отец де Верной ловко уклонился от его объятий и, улучив момент, нанес сбоку сильный удар, который, похоже, не произвел никакого впечатления на медведя: тот снова обернулся к противнику. Но Вернон-Мэуин встретил его мощным ударом колена в живот. И опять-таки для Уилаби это было не больше, чем укус комара. Все же зверь на миг остановился, и Мэуин мгновенно оказался позади него, уперся спиной в огромную мохнатую медвежью спину и принялся раскачивать и толкать зверя, стараясь принудить его опуститься на все четыре лапы. Уилаби сопротивлялся и в ответ тоже норовил оттолкнуть спиной своего соперника. Если бы этот его маневр удался, медведь упал бы на монаха и, без сомнения, раздавил бы его.

Отец де Верной отчаянно сопротивлялся, крепко упираясь ногами в песок. На какой-то миг показалось, что противники срослись спинами, силясь вывести друг друга из равновесия.

Илай Кемптон пританцовывал на месте и радостно потирал руки.

— Неплохое начало! Wonderfull! Отлично! Они оба великолепны!

Волнение понемногу улеглось, зрителей захватил азарт борьбы.

— Бьюсь об заклад, что победит иезуит!

— Не может быть! Медведь слишком тяжелый! Внезапно отец де Верной сделал резкий шаг в сторону, и медведь всей своей массой упал на спину, но тут же перевалился на бок и встал на четыре лапы. Он казался озадаченным. Иезуит ждал его неподалеку. Мистер Уилаби недовольно огляделся вокруг и неожиданно со скоростью пушечного ядра кинулся на монаха, сбил его с ног, так что тот покатился кубарем по земле.

— Медведь тоже умеет хитрить, — вполголоса заметил кто-то из зрителей.

— Мэуин распластался на песке, лицом вниз, явно оглушенный ударом.

— Досталось ему…

— Сдаетесь, Мэуин? — спросил Кемптон. Довольный собой, Уилаби вел себя как победитель. Он не спеша приблизился к неподвижному телу, ткнулся в него носом. Но тут Мэуин быстро подтянул колени к животу и, как пружина, ударил медведя ногами в морду. От неожиданности зверь сделал шаг назад, а потом, заревев от боли, стремглав кинулся прочь и остановился на другом конце круга, образованного зрителями.

— Вы не должны были этого делать, Мэуин, — недовольно бросил Кемптон.

— У медведей очень чувствительная морда…

— Так мы сражаемся или нет? — проворчал иезуит, поднимаясь. — Он тоже не слишком меня щадит.

— Осторожно, — закричали со всех сторон.

Медведь галопом несся на отца де Вернона, и тому лишь чудом удалось увернуться. Поединок продолжался. На сокрушительные удары огромного, могучего зверя отец де Верной отвечал точными, ловкими движениями, но видно было, что раз от разу ему становилось все труднее.

Медведь то поднимался на задние лапы, возвышаясь над человеком, то опускался на все четыре конечности, и тогда двигался с поразительной быстротой. Зверь демонстрировал чудеса изобретательности и вел себя как разумное, мыслящее существо. Не меньшее восхищение вызывало мужество священника, его отвага, интуиция, сила и необычайная ловкость.

Это был красивый поединок.

Однако напряжение росло. К нему примешивалось чувство безотчетной тревоги.

— Сдавайтесь, Мэуин, — посоветовал разносчик, — так будет лучше для вас!

Длинные пряди волос прилипли к потному лицу иезуита.

Он будто не слышал. На землю спускались сумерки, разбрасывая повсюду золотистые блики. На побледневшем лице Джека Мэуина, казавшемся полупрозрачным, словно оно было из слоновой кости, играла улыбка, глаза оживленно блестели, до неузнаваемости меняя его облик.

В одно мгновение медведь обхватил монаха своими лапами. У всех вырвался громкий крик.

— Осторожно!

— Он его задушит!.

Длинная фигура в черной сутане исчезла в могучих объятиях зверя.

К счастью, Уилаби понял, что победил, и отпустил свою жертву. Священник, как подкошенный, упал на землю и остался лежать без движения. Медведь гордо посмотрел вокруг в ожидании аплодисментов.

Но почти в тот же миг он пошатнулся и рухнул на землю, подняв целое облако пыли.

Священник не без труда высвободился из-под мохнатой горы, немного задевшей его при падении, встал и отряхнулся как ни в чем не бывало.

— Продолжим, мистер Уилаби? — спросил он по-английски.

Но медведь не шевелился. Он был похож на гигантский, поросший мхом валун, который лежит здесь целую вечность. Глаза зверя были закрыты.

Зрители не могли прийти в себя, изумленные таким поворотом событий.

— Эй, что происходит? — спросил маленький разносчик из Коннектикута, в тревоге подходя ближе. — Уилаби, друг мой! Вам, кажется, нехорошо?

Медведь не двигался. Он не подавал признаков жизни. Трудно было представить, что еще минуту назад он, довольно рыча, расхаживал перед восхищенными зрителями.

Илай Кемптон в отчаяньи обошел вокруг Уилаби, не веря своим глазам, и разразился проклятиями.

— Вы его убили, окаянный католик, — кричал он и рвал на себе седеющие волосы. — Друг мой, брат мой! Какое ужасное горе! Вы чудовище, кровожадный зверь, как и все ваши проклятые паписты!

— Вы преувеличиваете, старина, — возразил Мэуин, — взгляните-ка на меня. Вы прекрасно знаете, что все мои удары — не более, чем комариные укусы для вашего медведя. Я всего лишь дернул его за лапу, чтобы свалить на землю.

— И все же он мертв, — безутешно рыдал Кемптон. — Вы зверь, Джек Мэуин, кровопийца, как и все вам подобные. Мне ни в коем случае нельзя было разрешать ему сражаться с вами, иезуитом! Вы сгубили невинное животное своими сатанинскими чарами!

— Довольно глупостей! — потерял терпение иезуит. — Могу поручиться, что с ним не может быть ничего плохого. Не понимаю, почему он не двигается.

— Потому что он умер, говорю же вам! Или умирает… Миледи! Миледи! — взмолился разносчик, обернувшейся к Анжелике. — Вы можете исцелить любого, сделайте же что-нибудь для этого бедного животного!

Анжелика не могла остаться равнодушной к мольбам англичанина, хоть и была в некотором замешательстве: ей никогда прежде не приходилось лечить медведя, тем более такого огромного. К тому же она не понимала, что случилось с Уилаби. Отец де Верноц был прав, говоря, что его удары — сильные и опасные для человека — не могли причинить вреда такой громаде, защищенной помимо всего толстым слоем жира и шерсти.

Анжелика опустилась на колени возле неподвижного зверя и осмотрела его морду, по которой пришелся самый болезненный удар. Голова животного была небольшой и довольно изящной по сравнению с его мощной шеей и чудовищным загривком. Анжелика нежно потрогала нос зверя, он показался ей теплым и мягким. Ран и крови не было видно. Она погладила Уилаби от носа ко лбу, как ласкают собак, осмотрела его закрытые глаза, едва видные из-за спутанных косм. Одно веко задрожало, приоткрылось, и медведь посмотрел на Анжелику грустным человеческим взглядом, проникающим в самую душу.

— Что с вами, мистер Уилаби? — мягко спросила она. — Прошу вас, скажите мне…

Медведь моргнул, и Анжелике показалось, что в уголках его глаз сверкнули слезы. Глубокий вздох всколыхнул грудь зверя, и он вновь смежил веки, словно отказываясь отныне взирать на этот несправедливый мир.

Анжелика поднялась и направилась к Кемптону и отцу де Вернону, которые тревожно ждали ее неподалеку.

— Послушайте, — вполголоса сказала она по-английски, — быть может, я ошибаюсь, но, по-моему, с Уилаби все в порядке, но он, видимо, крайне обижен: он упал, поверженный.., в тот момент, когда чувствовал себя победителем.

— О да! Конечно, вы правы! — просиял Кемптон, — я совсем забыл! Однажды с ним уже случилось нечто подобное… Он был недвижим три дня!

— Три дня?! Весьма оригинально! — рассмеялся Пейрак.

— Вы смеетесь? — возмутился разносчик. — Не вижу ничего смешного. И позволю себе напомнить, что вы, кажется, собирались отправиться на реку Святого Иоанна! А все из-за вас, Мэуин. Вы несколько раз ставили Уилаби в смешное положение, и, помимо всего прочего, больно ударили его по носу. Не удивительно, что он обиделся.

Господин Виль д'Авре, который не понимал по-английски, спросил, что здесь происходит. Ему объяснили. Маркиз пришел в негодование.

— Как! Неужели нельзя отплыть без медведя? От настроения какого-то медведя зависит судьба высших должностных лиц Квебека! Это безобразие! Господин де Пейрак, я требую, чтобы вы приказали этому зверю немедленно встать, иначе… Я ОБИЖУСЬ!

— Поверьте, сударь, я с радостью исполнил бы ваше желание, — невозмутимо сказал Пейрак, — но, боюсь, все не так просто, как кажется.

Он осмотрел неподвижную, словно окаменевшую фигуру мистера Уилаби, который, казалось, погрузился в вечный сон.

— Может быть, попытаться как-нибудь утешить его самолюбие, — предложила Анжелика, — Мэуин, что если вам притвориться умершим? Он сочтет, что победил и…

— Прекрасная мысль, — с воодушевлением подтвердил Илай Кемптон. — Я его знаю! У него золотое сердце! Но он не может смириться с тем, что кто-то оказался сильнее. Да это и противоестественно. Вы должны были потерпеть поражение, Мэуин. Вам надо притвориться…

— All right! Хорошо, — согласился иезуит. Он растянулся на песке во весь рост перед медведем лицом вниз и замер.

Разносчик стал тормошить своего друга, чтобы тот открыл глаза и взглянул на эту печальную картину.

— Посмотрите, что вы сделали, мистер Уилаби! Жалкое зрелище, не так ли? Вы самый сильный медведь в мире… Вы проучили этого хвастуна. Поглядите же! Он не двигается и вряд ли скоро придет в себя. В следующий раз будет знать, как бороться с мистером Уилаби… Самым чудесным, самым сильным и непобедимым медведем в мире…

— Мистер Уилаби, — Анжелика погладила медведя, — вы же одержали победу. Но если вы не встанете, откуда все узнают, что вы — победитель и самый сильный медведь в мире?

Внес свою лепту и котенок: он внезапно появился в кругу и неожиданно Для всех несколько раз ударил Уилаби лапкой по носу.

Анжелика отстранила малыша, но он тут же возобновил свои попытки, явно заинтересовавшись горой шерсти, вокруг которой сгрудилось столько народу.

Кемптон продолжал умолять своего друга:

— Посмотрите, как вы расправились с этим дьяволом в черной рясе. Как папист, он, конечно, получил по заслугам, но все-таки, вспомните, он ведь взял вас к себе на корабль.

Поток этих убедительных доводов вкупе с шалостями котенка, по-прежнему донимавшего мистера Уилаби, видимо, немного согрели его оскорбленную душу.

Медведь открыл сначала один, затем другой глаз, заинтересованно взглянул на Мэуина и тяжело вздохнул. Медленно, словно нехотя, он стал приподниматься, тяжело опираясь на лапы. Потом осторожно подошел к неподвижному телу, обнюхал, перевернул и внимательно его оглядел. Все затаили дыхание.

— Видите, Уилаби, вы снова победили, — убеждал Кемптон. — Встаньте на задние лапы, друг мой, пусть вам поаплодируют! Аплодируйте же, что вы стоите!

— Да здравствует мистер Уилаби! — закричали в толпе. — Ура! Да здравствует!

Услышав эти крики, медведь заметно приободрился, встал на задние лапы и обошел всех по кругу, получая свою порцию аплодисментов, похвал, ласк и поздравлений.

Негритенок Тимоти протянул Кемптону свою котомку, и тот извлек из нее кусок медового пирога — обычную награду Уилаби-победителю. Пока медведь наслаждался пирогом, Кемптон накинул ему на шею цепь, затем вытащил из складок своей одежды платок размером с доброе полотенце и долго вытирал пот со лба.

— Кажется, все в порядке! — сказал он. — Я его увожу. Господин де Пейрак, встретимся у Скудуна. Как видите, на моего медведя вполне можно положиться. Он необыкновенно умен. А вы помогите мне, берите вещи, тюки с товарами, — обратился Кемптон к мик-макам, и те, ради того, чтобы оказаться в веселой компании, с несвойственной им поспешностью кинулись выполнять его просьбу. — Пойдемте, мистер Уилаби! С нас довольно! Оставим этих глупых католиков!..

Бедный мистер Уилаби! В глубине души он, наверное, отлично понимал, что все происходящее — не более, чем спектакль, но честь была дороже.

Зверь покорно последовал за своим хозяином.

Вскоре англичанин, Уилаби, негритенок, индейцы, жители Акадии и еще несколько человек погрузились в лодку, и она отчалила от берега под прощальные крики собравшихся. Только тогда отцу де Вернону разрешили подняться.

Он был весь в песке, в синяках и царапинах, сутана его была разорвана.

Анжелика поискала глазами, кого бы попросить принести воды для монаха, и через миг юный Марсиаль Берн уже бежал к Мэуину с ведром воды.

Иезуит стал с наслаждением умываться, а довольные англичане от души смеялись над всей этой историей.

— Как здесь весело! — сказала Амбруазина де Модрибур. Ее глаза оживленно блестели.

— Да, мы не в Квебеке, — подхватил Виль д'Авре. — Никогда в жизни не видел, чтобы иезуит так потешал публику! Когда я об этом расскажу преподобному отцу Лавалю…

— Буду вам чрезвычайно признателен, сударь, если вы не станете рассказывать в Квебеке об этом.., происшествии, — надменно произнес священник.

— Да? И вы думаете, я лишу себя такого удовольствия? — рассмеялся маркиз, весело и бесцеремонно разглядывая монаха. — Такая замечательная история! Было бы очень досадно… Ну да ладно! Я буду молчать. Но теперь вы должны отпускать все мои грехи… Услуга за услугу. В кои-то веки в моей власти оказался иезуит.

Назад | Наверх | Вперед

Оглавление
Анжелика Анжелика. Часть 1. Маркиза ангелов Анжелика. Часть 2. Тулузская свадьба Анжелика. Часть 3. В галереях Лувра Анжелика. Часть 4. Костер на гревской площади Путь в Версаль Путь в Версаль. Часть 1. Двор чудес Путь в Версаль. Часть 2. Таверна 'Красная маска' Путь в Версаль. Часть 3. Дамы аристократического квартала Дю Марэ Анжелика и король Анжелика и король. Часть 1. Королевский двор Анжелика и король. Часть 2. Филипп Анжелика и король. Часть 3. Король Анжелика и король. Часть 4. Борьба Неукротимая Анжелика Неукротимая Анжелика. Часть 1. Отъезд Неукротимая Анжелика. Часть 2. Кандия Неукротимая Анжелика. Часть 3. Верховный евнух Неукротимая Анжелика. Часть 4. Побег Бунтующая Анжелика Бунтующая Анжелика. Часть 1. Потаенный огонь Бунтующая Анжелика. Часть 2. Онорина Бунтующая Анжелика. Часть 3. Протестанты Ла-рошели Анжелика и её любовь Анжелика и её любовь. Часть 1. Путешествие Анжелика и её любовь. Часть 2. Мятеж Анжелика и её любовь. Часть 3. Страна радуг Анжелика в Новом Свете Анжелика в Новом Свете. Часть 1. Первые дни Анжелика в Новом Свете. Часть 2. Ирокезы Анжелика в Новом Свете. Часть 3. Вапассу Анжелика в Новом Свете. Часть 4. Угроза Анжелика в Новом Свете. Часть 5. Весна Искушение Анжелики Искушение Анжелики. Часть 1. Фактория голландца Искушение Анжелики. Часть 2. Английская деревня Искушение Анжелики. Часть 3. Пиратский корабль Искушение Анжелики. Часть 4. Лодка Джека Мэуина Искушение Анжелики. Часть 5. Золотая Борода терпит поражение Анжелика и Дьяволица Анжелика и Дьяволица. Часть 1. Голдсборо или первые ростки Анжелика и Дьяволица. Часть 2. Голдсборо или ложь Анжелика и Дьяволица. Часть 3. Порт-Руаяль или страдострастие Анжелика и Дьяволица. Часть 4. В глубине французского залива Анжелика и Дьяволица. Часть 5. Преступления в заливе святого Лаврентия Анжелика и заговор теней Анжелика и заговор теней. Часть 1. Покушение Анжелика и заговор теней. Часть 2. Вверх по течению Анжелика и заговор теней. Часть 3. Тадуссак Анжелика и заговор теней. Часть 4. Посланник короля Анжелика и заговор теней. Часть 5. Вино Анжелика и заговор теней. Часть 6. Приезды и отъезды Анжелика в Квебеке Анжелика в Квебеке. Часть 1. Прибытие Анжелика в Квебеке. Часть 2. Ночь в Квебеке Анжелика в Квебеке. Часть 3. Дом маркиза Де Виль Д'аврэя Анжелика в Квебеке. Часть 4. Монастырь Урсулинок Анжелика в Квебеке. Часть 5. Бал в день Богоявления Анжелика в Квебеке. Часть 6. Блины на сретение Анжелика в Квебеке. Часть 7. Сад губернатора Анжелика в Квебеке. Часть 8. Водопады монморанси Анжелика в Квебеке. Часть 9. Прогулка к берришонам Анжелика в Квебеке. Часть 10. Посланник со Святого Лаврентия Анжелика в Квебеке. Часть 11. Казнь ирокеза Анжелика в Квебеке. Часть 12. Письмо короля Дорога надежды Дорога надежды. Часть 1. Салемское чудо Дорога надежды. Часть 2. Черный монах в Новой Англии Дорога надежды. Часть 3. Возвращение на 'Радуге' Дорога надежды. Часть 4. Пребывание в Голдсборо Дорога надежды. Часть 5. Счастье Дорога надежды. Часть 6. Путешествие в Монреаль Дорога надежды. Часть 7. На реке Триумф Анжелики Триумф Анжелики. Часть 1. Щепетильность, сомнения и муки Шевалье Триумф Анжелики. Часть 2. Меж двух миров Триумф Анжелики. Часть 3. Чтение третьего семистишия Триумф Анжелики. Часть 4. Крепость сердца Триумф Анжелики. Часть 5. Флоримон в Париже Триумф Анжелики. Часть 6. Кантор в Версале Триумф Анжелики. Часть 7. Онорина в Монреале Триумф Анжелики. Часть 8. Дурак и золотой пояс Триумф Анжелики. Часть 9. Дьявольский ветер Триумф Анжелики. Часть 10. Одиссея Онорины Триумф Анжелики. Часть 11. Огни осени Триумф Анжелики. Часть 12. Путешествие архангела Триумф Анжелики. Часть 13. Белая пустыня Триумф Анжелики. Часть 14. Плот одиночества Триумф Анжелики. Часть 15. Дыхание Оранды Триумф Анжелики. Часть 16. Исповедь Триумф Анжелики. Часть 17. Конец зимы Триумф Анжелики. Часть 18. Прибытие Кантора и Онорины в Вапассу